Выбрать волю

Потом, задумчиво постучав пером по фолианту, он с некоторым даже недоумением поразглядывал Эсну — которая снова тихо устроилась за столом — и заключил пожалуй что с восхищением в голосе:

— Да, солнечная, ты полна сюрпризов!

Она снова засмущалась и растеряно повела плечами; он ещё помолчал, постучал по фолианту уже пальцами, а не пером, после чего пронзил её весьма проницательным взглядом и уточнил:

— Такая эскапада. Дрожа от страха, пробираться по лестнице мимо часового, прятаться за портьерами и дверями, мёрзнуть и мучиться.

.. Неужели настолько страшно было просто поговорить с Грэхардом?

Ей было особого нечего на это ответить.

— Страшно, — подтвердила она, чувствуя себя очень глупо.

Дерек откинулся на спинку стула, отбросив свои писчие принадлежности и сложив руки на груди; брови его непривычно нахмурились, живой взгляд замер, словно бы мыслями он ушёл очень далеко. Утреннее солнце рельефно выделяло профиль, привлекая внимание к рисунку лица, не скрытого ни бородой, ни усами.

Спустя минуту Дерек, наконец, заговорил, медленно и размеренно, поймав её взгляд:

— Эсна.

Старина-Грэхард, конечно, умеет нагнать жути. Работа у него такая. Правительственная. Но тебе, — особо подчеркнул он, — бояться его не стоит. Он просто... — Дерек покрутил рукой в воздухе, подбирая слова. — Не очень умеет выстраивать отношения.

Кривовато улыбнувшись, она заметила:

— Я, кажется, тоже не очень умею.

Он выразительно всплеснул руками и резюмировал:

— Вот и учитесь, дети мои! — после чего решительно закопался в свой фолиант.

Эсна некоторое время наблюдала за ним. Его лицо оказалось крайне выразительным, с него можно было считывать ход его мыслей. Брови постоянно пускались в игры, отображая удивление, сомнения, интерес или скепсис. Глаза то загорались азартом, то затуманивались дымкой размышлений. Лёгкая улыбка отражала знакомые имена, а горькая складка у губ — мысль об умерших.

Время от времени Дерек что-то выписывал на свои листы; явно не всплошную, а по какой-то одной ему ведомой системе.

Когда наблюдение ей наскучило, она решилась отвлечь его вопросом:

— Дерек, а ты давно знаешь владыку?

Он нахмурился — то ли недовольный тем, что его отвлекли от работы, то ли вопрос был чем-то ему неприятен, — и ответил:

— Да, почитай, тому пятнадцать лет будет, госпожа моя.

Брови у неё неосознанно приподнялись: она не ожидала услышать такую внушительную цифру.

Облокотившись локтями на стол, она слегка подалась к нему и уточнила:

— Тогда скажи мне...