Выбрать волю

Грэхард бы, возможно, пришёл в смятение от этого обличения, но восхищение напрочь перебило в нём все другие чувства. Расслаблено облокотившись на борт беседки, он, подначивая, предложил ей развить мысль:

—И к каким выводам ты пришла, солнечная госпожа?

Эсна скромно опустила ресницы и озвучила очевидное:

—Рискну предположить, о грозный повелитель небес и земли, что вы рассчитываете очаровать меня и таким образом получить способ влиять на моего отца, не правда ли?

Признаться, как раз эта мысль в голову Грэхарда и не забредала; до этого он рассматривал сугубо нелегальные способы заполучения Эсны, а о выгодах честного брака с ней задуматься всерьёз попросту не успел.

—Должен с прискорбием отметить, — ответил он, — что умение очаровывать женщин в число моих талантов не входит.

Он не лукавил в этом; его многочисленные любовные победы были обусловлены более тем, что ни одна из женщин просто не смела ему отказать, нежели его галантностью.

—Позволю себе согласиться с вами, ваше повелительство, — любезно улыбнулась Эсна, с удивлением отмечая, что пикировка подобного рода кажется ей скорее приятной, чем опасной.

Очевидно, тема была исчерпана; однако молчать Грэхард не собирался, и перешёл в наступление:

—Значит, в искренность моих чувств солнечная госпожа не верит?

Эсна посмотрела на него с удивлением и некоторой даже обидой: мол, ну что же вы, совсем за глупенькую пустышку меня считаете?

Выбив пальцами затейливую дробь по перилам, Грэхард уточнил ситуацию:

—Есть ли способ, которым я мог бы доказать искренность своих намерений?

Нахмурившись, Эсна стала искать в этих словах ловушку, и, конечно, нашла: он хочет, чтобы она сама придумала способ, которым он мог бы её обдурить!

Рациональная часть твердила Эсне, что стоит промолчать, но почему-то чувство безопасности окутало её тёплой волной, и она сделала выпад:

—Повелитель небес и земли, очевидно, полагает, что в голове женщины отсутствует разум, и логическое мышление для нас недоступно? — он поднял в ответ брови с видом самым весёлым, и это поощрило её продолжить: — По-вашему, я так глупа, что сама придумаю для вас способ обвести меня вокруг пальца? — она насмешливо приподняла одну бровь, чего обычно в разговорах с мужчинами себе не позволяла — уж слишком задорным вызовом в таких ситуациях начинали блестеть её глаза.