Выбрать волю

нет, с таким уровнем соображалки Грэхард не сумел бы стать владыкой.

— Мне показалось, вы беседовали весьма оживлённо, Эсни, — предпринял попытку разузнать подробности князь.

Та задумчиво повела плечом и призналась:

— Кажется, он пытался убедить меня, что влюблён.

Скепсис князя вырос в десятки раз. Если уж предположение о том, что владыка достаточно глуп, чтобы всерьёз полагать возможным сманить Эсну золотыми безделушками, уже казалось неправдоподобным... то тем паче невозможно было поверить, чтобы он был настолько идиотом, что полагал, будто бы кто-то поведётся на столь примитивный трюк.

Расшифровав сомнения отца, которые читались на его лице весьма явственно, Эсна пояснила:

— Полагаю, он просто думал, что я глупа.

— Мужчинам свойственно недооценивать женский ум, солнечная госпожа, — уклончиво согласился князь, пытаясь расшифровать интриги противника.

Спустя пару минут молчания он сменил тему:

— Городской суд вынес вердикт не в нашу пользу, — сухо сообщил он.

Эсна почти безразлично ответила:

— Ожидаемо, хотя и обидно.

Тому уж два года, как Эсна вела спор с родственниками почившего супруга. Дело в том, что по ньонским законам жена не могла наследовать мужу. В целом, Эсна и не претендовала на наследство — но ещё в период брака супруг подарил ей небольшую двухмачтовую шхуну, и именно её она и пыталась вырвать из рук родственников. Кьерины, конечно, могли себе позволить сколько угодно шхун; но Эсне была дорога именно та, овеянная почти романтическими воспоминаниями.

Как ни пыталась она эту яхточку отвоевать, Веймары стояли насмерть.

— Я подам прошение в министрам, — продолжил делиться планами отец. — Скорее всего, они тоже отклонят, и тогда можно обратиться к князьям...

Эсна рассмеялась:

— А потом — к владыке? Нужно было его сегодня спросить, жаль, не догадалась!

Князь усмехнулся в густые усы. Картинка, в которой повелитель Ньона вырывает шхуну из рук Веймаров, казалась презабавной.

— Доберёмся и до владыки, если потребуется, — пообещал он, а потом наклонился и тоном заговорщика шепнул дочери на ушко: — В конце концов, прищучим пиратов, пусть выкрадут её для нас.

— Как же я на ней тогда кататься буду, грозовой адмирал? — со смехом не согласилась она с этим планом.

— А! Так ты ещё и кататься собиралась, проказница? — поддержал шутку отец, а после перешёл на серьёзный тон: — Ладно, отдыхай, Эсни. Завтра скалистый генерал придёт.