Бухта Надежды. Первый шторм

Теперь же мальчишек, естественно, не наблюдалось – только несколько медленно бредущих фигур, чья манера ходить тут же выдавала в них мертвецов. Причем один из зомбаков был священником – даже перепачканная в весенней грязи одежина выдавала своего владельца с потрохами.

Интересно, много ли людей бросились в храмы и церквушки, чтобы замаливать свои грехи, а там уже, искусанные, оборачивались и начинали кусать других? Наверное, достаточно. Народ вообще отличается таким свойством, как стремиться в церкви во время каких-либо неурядиц или в трудные времена, пытаясь найти душевные силы при общении с высшими силами.

Этот район был в большинстве своем состоящим из домов частного сектора и всего нескольких унылых серых многоэтажек, стоящих вдоль основной дороги. Поэтому и зомбаков было не в пример меньше, чем в городе. Все-таки сказывалась малая кучность населения. А вот дальше, где начинались девяти и двенадцатиэтажные дома дела должны были обстоять намного серьезнее. К тому же две поликлиники, станция скорой помощи и отделение милиции должны были только усугубить эту ситуацию.

Решение двигать к родственникам в деревню все сильнее и сильнее казалось единственно верным.

– Еще немного… Все, возле тех ворот тормози!

– Пуля, вылазь, нах! Надо будет с Коляном добазариться! – Сам Миха остался в машине, снова достав ствол. – Советую тебе не делать резких движений – целее будешь!

Пуля выбрался из машины, огляделся по сторонам в поисках подкрадывающихся зомбаков, коих не обнаружил, и двинул к огромным зеленым воротам, в которых была вырезана калитка.

Звонка не было, поэтому преступник со всей дури несколько раз ударил носком ботинка в полотно ворот, тут же отозвавшееся гулким звоном.

– Колян! Открывай! – во всю глотку заорал Пуля, повторяя снова и снова удары по калитке.

Во дворе заголосила собака, а вслед за ней и соседские псы подтянулись – началась громкая гавкотня на всю улицу.

– Кого там черти принесли? – раздался по ту сторону ворот ворчливый голос, еле слышный из-за бреха пса.

– Колян, мать твою! Отворяй! Это Пуля с Михаем!

Грюкнула железная щеколда и калитка немного приоткрылась, сквозь неширокую щель просунулось дуло старенького одноствольного ружьишка.

– А ну-ка! Два шага назад, чтобы я тебя видел. А то щас кого только по улицам не носит… И, действительно, Пуля… Чего тебе? – недовольно буркнул мужик. – Зачем пожаловали? Не звал я вас.

– Отсидеться надо.

– А там кто? – мужик махнул стволом в сторону грязного Шевроле.