Владыка Каган.

- А что тебе вообще ведомо? – снова загремел хозяин терема, - Кто должен быть моими глазами и ушами и следить зорко за тем, что твориться в Срединном Мире? Почему Яссы опять выставили его из Яссбурга?

- Не иначе, как он там опять что-то натворил, - неприязненно заметил Воин.

- Возможно. А может быть этот баламут объявился вовсе и неспроста. Вдруг это уловка и Яссы что-то задумали? Все они хитрецы, каких мало.

Я никогда им не доверял. Надо будет проследить за этим скоморохом. Он не так уж и прост, как кажется на первый взгляд. Может создать нам массу неприятностей. С него станется. Его нельзя недооценивать, - старец немного помедлил, - Особенно сейчас, когда равновесие Миров начало колебаться…

- Я глаз с него не спущу, Властелин.

- Да уж ты постарайся. Ну а теперь, что прикажешь мне с тобой делать? – старец остановил на коленопреклонённом воине свой тяжёлый пронизывающий взгляд, - Какое придумать наказание за твоё своеволие?

Мотон промолчал.

Он застыл в напряжённом ожидании. Старец не спеша обошёл вокруг массивного стола, высеченного из цельного гранитного монолита. Пройдясь вдоль него, он сел в большое позолоченное деревянное кресло с высокой резной спинкой, установленного на небольшом возвышении во главе стола.

- Так и быть. На этот раз я тебя прощаю, хотя стоило бы превратить тебя не в благородного чёрного волка, а в блохастую дворнягу, - проговорил он уже более спокойным тоном, - Но ты – хороший слуга и сегодня тебе повезло. Но впредь учти – действовать только по моему приказу! Дважды я ошибок не прощаю. Ты всё понял?

- Да, Властелин, - ответил Мотон, вздохнув, как показалось, с облегчением.

- А что там наш друг – Будай? Ты навестил его?

- Навестил, Властелин. Мы говорили прошлой ночью.

- И что он тебе сказал?

- Он считает, что воспитанник его, князь Яромир, уже морально вполне готов зачать большую смуту на всю Склавинию. Молодой князь весьма амбициозен и сам того не ведая, жаждет власти.