Семена магии - 1

Одно время их было много в Иудее, Сирии, Египте, Анатолии, но после нескольких войн Империи с фарсами, численность этих всех иудеев сократилась, и многие разбежались. Видимо, Калабановы являются потомками таких беженцев или же были обращены здесь из местного населения.

— Как их называют?

— Они имеют разные названия и зачастую невозможно понять, это их самоназвания или нет. Себя они часто называют иудеями, ессеями, терапевтами. Я когда-то читал пару книг о них, но уже многое забыл.

— Они опасны? — забеспокоился Евпл.

— Пока они не участвуют в жизни полиса и живут своими замкнутыми общинами, — нет, не опасны. Главное требование, высказанное им — не смущали жителей Империи своей философией. Что же касается тебя, то это ещё один повод не ходить более в тот дом. Общайся со своим другом в другом месте. И тебе лучше не говорить о том, что ты узнал с кем-то ещё, даже с Ильвой.

— Почему?

— Потому что тогда, рано или поздно, Калабановы будут иметь дело с чиновниками и для них это может плохо закончиться.

И если это произойдет, то пусть не мы будем причиной обрушившихся несчастий. У них и сейчас много проблем из-за их веры.

— Какие проблемы?

— Если ты не знаешь, лечение, осуществляемое асклепиадами, подразумевает жертвы богу Асклепию. Поэтому, сектанты не могут обращаться к ним за помощью, поскольку для них это равносильно отказу от веры.

— Так ведь могут обратиться к лекарям, — заметил Евпл.

— Лекари лечат лишь отварами и мазями, — ответил Эразм. — Да и далеко не все лекари хороши в своём деле.

Большинство лишь могут завязать раны и снять жар во время простуды. Аппендикс, к примеру, они не вырежут, просто не умеют.

— И как иудеи выживают?

— Ты думаешь, что я знаю всё обо всех? — грустно усмехнулся опекун. — Я знаю лишь часть малую часть из написанного в книгах. Что касается лечения у сектантов, то у них, наверное, есть свои врачи, но не думаю, что таковых много. И умирая от аппендицита, они умирают за принципы своей веры. Хотя, надо заметить, от аппендицита умирают все, кто не может заплатить асклепиадам.

Евпл уже собирался уходить, но Альберус остановил его:

— Мне сегодня ночью приснился сон, в котором я тебя лечу. Давай не будем ждать, когда я забуду увиденное во сне, и поэкспериментируем?

— Что мы будем делать?

— Ты снимешь рубаху, я положу на тебя руки и буду пытаться соединить свои чувства и твои. Это не должно быть сложнее, чем внушение мыслей, но ты должен расслабиться и не пытаться мне помешать.