Знамена из Пепла

Может, стоит дать бойцам отдых?

— Что за глупый вопрос, хеир? Мы в боевом походе!

Его знаменосец упрямо опустил голову.

— Бойцы устали, капитан. Вся ваша муштра хороша перед встречей с врагом, но с кем вы собрались воевать? Воины маринуются в палатках между сменами караула, видят, как развлекаются атраванцы и чувствуют себя обделёнными. А потом вымещают всё друг на друге.

Феранор обернулся, посмотрел на своего знаменосца. Усталый, измотанный. По щекам скатываются струйки пота. Серебристые волосы прилипли ко лбу. Будь отец жив, они были бы с ним примерно одного возраста.

Старый и опытный ветеран, неужели он этого не понимает? Он жалеет солдат, но разве отдыхать значит проводить время в пустую? Впереди дальняя, тяжёлая дорога. Что ждёт их на ней? Неизвестно. Неизвестно!

— Идите, Агаолайт. Я вас услышал.

На этот раз знаменосец отсалютовал ему и ушёл, а Феранор накинул на жеребца потник из белого войлока. Сверху укрыл чепраком. Работал медленно, неторопливо. Он любил собственноручно седлать Джеслина, никогда не доверяя это другим.

Во-первых, ухаживать за конём, собственноручно готовить к дороге было для него неким символическим актом, знаком почтения. Во-вторых, это помогало ему приводить мысли в порядок. Чувствуя на спине тяжесть седла, жеребец переступал ногами, хватал капитана губами за локоть, тихо пофыркивал, торопил.

Наконец, Феранор затянул последний ремешок и запрыгнул в седло. Свистнул и конь легко вынес его из конюшни. Стоял душный вечер. Дорога, тянущаяся мимо караван-сарая, казалась пустой.

Эльдар послал коня в лёгкую рысь, потом, перешёл на галоп, потом, в раздумьях, заставил идти шагом, высоко поднимая передние ноги. Он вспоминал предупреждение Агаолайта. Правильно ли он поступает, отмахиваясь от них в очередной раз? Не совершат ли с ним злобной шутки, подобной той, что провернул Каэльдар? Вспоминалась граница, рокментар и застава. Там он чувствовал свою сотню как продолжение своего тела. Как добиться этого здесь?

На втором ланготэ он услышал топот копыт. Со стороны караван-сарая его нагонял всадник в желто-синем плаще.

Через миг он узнал во всаднике Митра.

— Не уезжай далеко. В пустыне легко заблудиться.

— Просто решил выгулять своего Джеслина…

Джеслин косился на жеребца Митра выпуклым черным глазом, недовольно храпел. Чуя соперника, но не более. Конь царевича вёл себя так же. Митр привстал на стременах, вглядываясь куда-то вдаль.

— Прогуляемся вон до того места?

Он вытянул руку. Феранор проследил за жестом, пригляделся.