В.М.

 

    Шли дни, юноша рос, мужал, набирался жизненного опыта. Вольф не раскрыл своей тайны ни Абелю, ни своему другу Цельмейстеру, который стал его личным импресарио, ни коллегам по сцене в цирке Буша, где он теперь с успехом выступал. Близко знавшие его были уверены, что талантливый фокусник добивается признания не божественным даром, а усердным трудом. И только публика, свято верившая каждому слову и жесту молодого факира, принимала каждый фокус за чистую монету. И, по сути, была права. Безошибочно угадывать владельца спрятанного предмета Вольфу помогало другое зрение, пристальный взгляд сквозь теневую завесу.

 

    Хотя, конечно, школа профессора Абеля не прошла даром. Мессинг теперь мог легко объяснить всем любопытствующим причину популярности своих выступлений  -новыми методиками  наблюдений за лицевой мимикой и непроизвольными движениями тела, а также анализом других невербальных сигналов от зрителей. Такая психодиагностика требовала не только специальной подготовки, но, все-таки, наличия некоторого дара, поэтому, несмотря на рассекречивание причин успеха, конкурентов у Вольфа не появлялось.

 

    А сам молодой иллюзионист, в полной мере познавал, что такое - упиваться славой. Каждое выступление наполняло его светлой энергией. Над зрительным залом появлялась сочная радужная волна, которая прямым потоком вливалась прямо к нему в сердце. Он просто физически ощущал сладкие волны, которыми омывали его овации и крики «браво!».

Обожание, доходящее до неистовства. Однажды, ярая поклонница прорвалась к нему на арену и заключила в объятья. Вольф чуть не задохнулся. Во-первых, от страсти, с которой женщина его сжимала, а во-вторых, от ментального потока чужой любви, которая ударила в него, как струя из бутылки с шампанским. Мессинг чувствовал, что становится сильнее с каждым выходом на арену, а потом и на сцену, когда стал давать свои собственные сеансы «эстрадной телепатии». 

    Для быстрого сбора Силы, он придумал оригинальный прием, контакт через руку.

Вскоре, рука, направленная как фонарь или рупор, на зрительный зал, стала фирменным знаком Вольфа. Любовь с публикой была взаимной,  и это было его счастье. 

     Имя Вольфа Мессинга не сходило с афиш уже не только в Германии. Он за короткий срок сумел покорить половину Европы и через несколько лет вернулся на родину богатым и знаменитым. А потом грянула война.