Спецназ ГРУ против басмачей

-Ты думай, что говоришь-то!

-А что? – недоумевал Ахмед.

-А то, что эти ребята плевать хотели на эту войну и на интересы верхушки Политбюро. Из них пушечное мясо делают, непонятно зачем, а ты еще масла в огонь подливаешь. И ты сам прекрасно ведь знаешь, что война эта никому не нужна. Можешь, говоришь, повлиять на историю? Так вперед, влияй. Доберемся до Баграма, а там – хоть в Пакистан, хоть в Иран. 

-Да ты чего, я не…

-Думай, что говоришь.

Вернувшись к группе, Савонин скомандовал:

-Значит так. Слушай мою команду.

В разведывательных целях приказываю всем рассредоточиться по городу. Проводить ориентирование на местности, вступать в контакты с местным населением по вопросу наведения справок – что за город, где идет война, каково соотношение противоборствующих сторон, какой год…

-Товарищ лейтенант…

-Отставить! Я разговариваю с Фрунзе. Всем прибыть в расположение не позднее 20 часов местного времени. Разойдись.

Отдав команду и убедившись, что бойцы, хоть и с немалым недоумением, но стали все же ее выполнять, он вновь поднялся в кабинет главнокомандующего.

-Разрешите, Михаил Васильевич?

-А, товарищ Савонин, заходите пожалуйста.

-Я по вопросу вступления в РККА. Сами понимаете, бойцов надо убедить. Не приказать, а именно убедить. Решение-то они приняли, да вот потом не пожалели бы. А как мне убедить, когда я и сам толком ничего не знаю…

-Логично. Так что же Вы хотите узнать?

-Как там, в Москве?

Фрунзе улыбнулся

-В Москве как в Москве. Как в столице. Если Вас интересует расстановка сил на фронте, то с уверенностью могу сказать – кое-где вооруженные столкновения еще продолжаются, но в целом перевес на нашей стороне.

Можно сказать, исход Гражданской войны предрешен.

-И Вы считаете, что власть большевиков – это всерьез и надолго?

-Товарищ Савонин, если бы с Вами были в Москве, Вас давно препроводили бы под белы рученьки прямиком к товарищу Дзержинскому за такие слова…

-К Феликсу?

-Эдмундовичу. Поймите простую вещь – это власть народа, власть рабочих и крестьян. Тот самый идеал, о котором писали Маркс и Энгельс, Герцен и Чернышевский, Плеханов и Ленин, наконец.

Народ веками ждал этой демократии – и получил ее наконец. Как думаете, захочет он ее отдать? Сами знаете, власть если берут, то уже не отдают. 

-Это верно, вот только приведет ли народ самого себя к светлому будущему?

-А кто же, как на сам народ может еще разрешить его судьбу? Царь? Бог? Помещик? Увольте. 

-Хватит ли опыта? Ума? Терпения?

Фрунзе задумался.