Спецназ ГРУ против басмачей

Вон до чего дошли! Если бы не война и не революция, так все бы и продолжалось, поскольку эти самые идеи шовинизма и национализма прочно засели в умах основной массы населения. И будут давать ростки еще не одно десятилетие! Так что поверьте я знаю, что говорю.

-Но как же интернациональные идеи большевизма? Они ведь не коррелируют с моими взглядами!

-Пустяки. Пока соберем всех под вашим началом, а после заменим идеологическую платформу. Пусть народ привыкает торговать идолами и святынями…

Старая Бухара

Фрунзе бродил по захваченному дворцу эмира словно не в себе.

-Что с Вами, Михаил Васильевич? – спросил Савонин, войдя в роскошно убранную комнату переговоров, где они еще несколько дней назад беседовали с эмиром, а сейчас Фрунзе вальяжно расположился и потягивал чай.

-Да вот думаю все насчет эмира.

-А что о нем думать? Если Исмаил-бек не до конца сошел с ума, он не даст ему военной помощи – кто из локальных царьков будет связываться с растущей военной мощью Советской власти? Никто.

-Да я-то это понимаю, вот только англичане… Те ни перед чем не остановятся, так и жди от них диверсии да подвоха. Нам нужно усилить работу с личным составом – возможны различные провокации со стороны интервентов.

-Это непременно, а насчет эмира не волнуйтесь. Мы рассчитали примерный маршрут его движения – с таким личным составом он дойдет до Карши и обязательно там остановится на несколько дней, чтобы отдохнуть. Наш отряд уже выдвинулся туда.

Вошел адъютант Фрунзе, сунул ему телеграмму. Тот прочитал и поморщился.

-Что случилось?

-Отзывают в Москву.

-А здесь кто останется?

-Да один подонок. Энвер-паша, я его знаю еще с фронтов Великой войны. Был военным министром Турции, а сейчас в Москве отсиживается- за его постоянные измены нигде ему не рады. Он организовал в свое время резню армян, слышали, наверное?

-Еще бы. И что он здесь будет делать?

-Осуществлять общее военное руководство. Завтра уже прибывает.

-Постойте.

-Что такое?

-Вы мне за это время стали очень симпатичны. И я хочу предостеречь Вас, - Савонин выпалил эту фразу не думая. Нет, конечно, он собирался повести с командармом такой разговор, но все время избегал мыслей о нем- они пугали его последствиями. Сейчас он подумал, что если немедленно не выскажет свои мысли Фрунзе, то больше такого случая может и не представиться.