Проклятый граф. Том II. Призраки прошлого

- В твоих устах это звучит так, как будто ты решил отправить меня в какую-то элитную школу, - нарочито медленно и насмешливо проговорила она и, не выдержав более, рывком подалась вперед, вглядываясь в сразу оказавшееся гораздо ближе лицо собеседника, - Но почему именно этот замок, почему Нормонд? Зачем он тебе, зачем было меня туда отправлять? И вообще… - Татьяна потерла все еще болящий затылок и, вновь откинувшись назад, скрестила руки на груди и почти демонстративно нахмурилась, - Кто дал тебе право что-то решать в моей судьбе?

Альберт негромко вздохнул и, мягко улыбнувшись, поднял руку с бокалом, протягивая его собеседнице.

- Выпей это, - спокойно произнес он, судя по всему, абсолютно игнорируя ее слова, - Тебе станет легче, дитя мое, уверяю.

Шутка повторилась, и девушка, уже начавшая испытывать сомнения в том, что в предложении родителя имеется хоть капля юмора, чуть склонила голову набок, подозрительно глядя на столь настойчиво предлагаемое ей питье.

- Я не буду это пить, - негромко произнесла она, медленно переводя взгляд на отца и стараясь при этом вложить в этот взгляд как можно больше смешанного с негодованием осуждения.

Альберт моргнул, напуская на себя выражение совершенно наивного и невинного недоумения.

- Ты не доверяешь мне? – удивленно произнес он, даже как будто бы с ноткой обиды в голосе, однако, тотчас же вновь улыбнулся, - Странно. Ведь совсем недавно ты уже доверилась одному из моих изобретений и, насколько мне известно, отнюдь не была разочарована, - заметив непонимающий взгляд дочери, маг мягко усмехнулся, - Я говорю о некоем снадобье, которым Эрик помогал тебе вылечить рану.

К слову, получила ты ее довольно безрассудным образом, вынужден сказать.

- Ты нотации мне читать собираешься? – Татьяна огрызнулась скорее по привычке. Мысли ее сейчас были заняты совершенно другим, перед внутренним взором вновь проносились воспоминания, но на сей раз не навеянные силой мага, а действительные, свои, настоящие, а не смутно-иллюзорные.

Углубленная в эти воспоминания, девушка медленно опустила взгляд на собственные руки; недоверчиво провела ладонью левой по правой, касаясь того места, где некогда была рана. Затем, как будто сомневаясь в ее совершенном исцелении, о котором, в общем-то была прекрасно осведомлена, так как относительно недавно сама с радостью снимала повязку с руки, решительным жестом сдвинула рукав вверх, обнажая запястье и участок кожи до локтя.