Маги.Лёд и пламя

Они ещё не знали, что горящие местью словене последуют за ними всюду.На следующий день был новый штурм, последний. Викинги лезли озверело, уже почти не обращая внимания на убитых товарищей. Им хотелось дорваться до ненавистных защитников крепости и персонально до больше всех ненавидимого огненного мага. Он ведь посмел покуситься на самое главное в жизни викинга – на корабли! Уже почти влезли на верх укреплений, но тут разом все лестницы вспыхнули и лезущие вверх попадали вниз.Штурм опять не удался, а в конце на реке появились десятки лодок и кораблей, заполненных орущими словенами и корелами.

Пришлось бросать всё, прыгать по драккарам, до которых ещё надо было добежать, и уходить. Вслед неудачливым завоевателям летели стрелы, сулицы и целые глыбы льда. Тех, кто не успел вовремя, приморозило к берегу вместе с драккарами. Однако же Харальд ушел. Что не помешало собственным хирдманнам прозвать его «Несчастливым». Больше этот ярл не только хирды не водил, но и ярлом уже не был. Оставшиеся в живых после того похода созвали тинг[23] и объявили на нём, что Харальд Несчастливый не может быть ярлом, потому что удача от него отвернулась и хирд он ныне собрать не сможет. Кто-то даже вызвал его на хольмганг[24], но воином Харальд был сильным и в поединке победил. Дальше следы его теряются во тьме веков и неизвестности. Скорее всего, умер он в нищете и одиночестве. Ни семьи, ни хирда, всеми гонимый.***Интерлюдия. ТингК пристани Уппсалы медленно вползали два снекка – всё, что осталось от войска Харальда Боезуба, ныне Харальда Несчастливого. Впрочем, это прозвище пока знали только оставшиеся в живых хирдманны, всем остальным в Даннмарке только предстояло узнать его.Харальд стоял на носу своего корабля, с болью оглядывая несчастные остатки былой мощи.– «Теперь ярл Сконе легко может захватить мои земли, и вообще никакой надежды на завоевание титула конунга не осталось. Более того, заткнуть рты тем, кто считает ныне меня неудачником, не получится, таковых две трети оставшихся хирдманнов. А ведь впереди наверняка тинг, и вот там меня обязательно обвинят в неудаче и гибели войска. Тогда, чтобы выжить, остается только один выход – хольмганг. Если боги будут ко мне благосклонны, я одержу победу, но ярлом быть всё равно перестану, и наверняка отберут даже родовой борг. Скъёльдунгов много, а роду неудачники не нужны», – такие мысли заполняли голову Харальда, пока он не сошёл на берег. Дальше пришло время действовать.