День сурка для попадана или окольцованный временем

Мертвец лежащий с верху был молодой парень, светлый, раскосоглазый, с небольшой кудрявистой бородкой. Одетый в узкие полотняные штаны – бомж, что ли? – и окровавленную на груди русскую рубаху с вышивкой, парень лежал на спине, головой от дороге.

Антон Андреевич покачал головой и присвистнул. Однако, чем дальше – тем веселее и веселее. Это кто же интересно бомжей замочил? Ни фига себе, номер. В полицию не мешало бы заявить, да только ведь сам крайним окажешься, дело то пришьют, он же в данной местности пришлый, вот возьмут и предъявят, что он их всех и порешил.

С минуту подумав, он решил все-таки пойти по дороге в ту сторону, куда изначально двигался, дорожка-то явно должна была вывести если не к деревне, то уж к более оживленному шоссе – точно. Чего еще делать-то? Никого вокруг нет, не сидеть же сиднем, да еще рядом с трупами, не дай Бог, кто появится и застанут его на месте преступления, тогда точно не отвертеться, нет надо отсюда быстренько линять.

Выйдя из рощицы, попал на развилку, одна дорога, больше наезженная круто поворачивала на юг, а другая перпендикулярная первой менее заметная шла вдоль рощи на запад.

Антон пошагал по дороге через лук, ярко-зеленый, играющий летними красками, с желтыми шариками одуванчиков, где в траве трещали кузнечики. Позвякивая колокольчиками, на лугу в дали паслось стадо низкорослых коров.

Прошагав по дороге через луг, Антон впереди, за редкими деревьями по обочине дороги, увидел замаячившие крыши домов.

Подойдя по ближе, он даже присвистнул, ни чего себе деревенька. То, что он увидел домами можно было назвать с большой натяжкой, избы, это название больше соответствовало открывшимся глазам Антона строениям.

Поискав глазами то что хоть как бы подходило на магазин или почту и таковых не обнаружив, он направился к первой попавшейся избе – маленькой, вросшей в землю, без трубы – из тех, что назывались курными. На крытой старой соломой и дерном крыше избенки росло несколько маленьких березок, во дворе, огороженном покосившимся плетнем, лениво валялась в пыли тощая хрюшка.

Рядом с ней, спиной к нему, нагнувшись, стояла старуха, одетая в какие-то невообразимые лохмотья, и деловито орудовала широким ножом в деревянном корыте. Видно, крошила какое-то крошево, нечто напоминающее комбикорм.

– Бабушка, не подскажете, где здесь у вас сельсовет находится?

Оглянувшись, старуха тут же пала ниц.