Первое копьё: Алтарь Убиев

Прокл! Где тебя носит?

Он выдернул пращника из толпы повстанцев, встряхнул за лохмотья.

— Где Брахос? Он жив? Что с ним сделали?

—Он умер! Клянусь тебе, умер!

Что-то подсказало, что Прокл-Толомай лжет. Стефан встряхул его еще раз.

— Говори правду.

Прокл закатил глаза, вытер пот.

— Ты опоздал. Три дня назад его поволокли в жертвенную яму.

— Что там такое?

— Да не знаю я, отстань ты ради Бога! Оттуда не возвращался никто! И я туда не пойду, хоть ты меня зарежь! Место проклятое! Три дня прошло — он уже мертв!

— Ты не видел тело, — Стефан оттолкнул Прокла и тот сел на задницу.

— Если ты не покажешь мне путь к жертвенной яме, я найду ее сам.

— Ты с ума сошел? Как ты пройдешь сквозь огонь?

Стефан огляделся на пылающую верфь.

— Огонь не тронет меня. Сталкивайте корабль на воду и ждите. Я вернусь.

— А, будь ты неладен, — Освинд сплюнул за борт и бросил мешочек с волансами здоровенному нумидийцу. — Эй, как тебя, Габориэль! Растыкай эти камни, как понимаешь! И жди нас!

— Я с вами, — к ним протолкался рыжий бритт.

— Я сегодня вроде так никого и не убил. Не хватило на мою долю.

— Это Дуннинг, — пояснил Освинд, спрыгивая со сходен.

— Я Стефан, — втроем они пробежали через полосу огня. Уже смеркалось, но Стефан прекрасно видел в сумерках — а вот Дуннинг и Освинд схватили по головешке из догорающего палисада и побежали дальше.

— Что это за яма? — спросил Стефан, сдерживая шаг и оглядываясь.

— Пещера, — отозвался Дуниннг, которого при этом ощутимо передернуло. — Говорят, там вход в царство Хелы.

Туда уводили наших по одному в день. Никто не выходил. Даже трупов не выносили.

Стефан скрипнул зубами.

— Твоего приятеля не хотели забирать, — сказал Освинд. — Хотели другого, не помню, как звать, совсем мальчишка. Все трясся и плакал. Тогда этот парень вызвался за него.

Воздух в горле Стефана встал горячим комом. Да, это точно был Иаков. Тот, кто всегда бросал себя под чужие кулаки ради хрупкого болезненного Мышонка.

— А где Кузнец? — спросил он.

— Вон там, на холме, — Дуннинг показа пальцем.

Холм венчал еще один частокол: крепость в крепости. Одетые в черное люди Гидры суетились, пытаясь спасти его от огня. Стефан надеялся, что удастся проскочить незамеченными, но нет: они вылетели прямо на цепь воинов, передававших друг другу кожаные ведра.

Тех было не меньше десятка, но они занимались тушением пожара и слишком поздно заметили опасность. Стефан с мечом и Освинд с Дуннингом, вооруженные топорами, обрушились на них, как внезапная летняя гроза.