Русская сказка

Радка отряхивала пыль с его рубахи, а Гатал наклонился, чтобы осмотреть рану на голове.

   - А нет, здорово ударили, повезло, что жив остался. Ну, а куда Мара подевалась?

   - Как это, куда подевалась? – Званко всё ещё не мог прийти в себя.

 Радка ему и пояснила:

   - Нет её нигде. Мы уже всё обыскали. А вы вчера с ней вместе выходили, значит, ты последний, кто её видел в кочевье. Рассказывай, как дело было!

 Званко и начал им рассказывать, про вчерашнее свиданье, о том, как поссорился с Марой.

Они слушали его, не перебивая, пока он не дошёл до того момента, как решил мириться с девушкой.

 Гатал переспросил его:

   - А потом что случилось? Кто тебя ударил?

 Званко хотел ему ответить, но тут с ужасом осознал, что больше ничего не помнит. Все события, что были до их ссоры, остались в его памяти. А о том, как получилось, что он лежал с разбитой головой, сказать ничего не мог.

 Гатал подозрительно посмотрел на него, а потом спросил:

   - А лет тебе сколько, помнишь?

   - Восемнадцать.

– Ответил Званко.

   - Тогда ничего, поправиться ещё, - сказала Гаталу Радка.

   - И что же делать будем? – Спросил её Гатал.

 Но девушка молчала, ожидая ответа от князя. Но и самому Гаталу ничего в голову не приходило. Наконец она сказала:

   - Если мы не знаем, что делать, надо спросить совета у старших.

 Гатал тут же с ней согласился:

   - Конечно! Идите спрашивать, а я пока тут осмотрюсь – может, и узнаю новости.

 Званко пошёл следом за Радкой. Они вышли из кочевья и направились к рощице, что была в стороне от шатров. В этой стороне Званко ещё не был, да и не видел, чтобы кто-нибудь из роксоланов ходил туда. 

 Через два десятка  шагов перед ними показалась бревенчатая изба, совсем такая, как строили у Званко дома. Только была она раза в три больше. 

 Званко внезапно понял, куда девушка привела его. С самого детства он много раз слышал рассказы о Владычицах сарматов, что приносили мужчин в жертву Аргимпасе.

Рассказывали о них потихоньку и шёпотом, словно боялись, что услышат их в далёкой степи. Именами сарматских правительниц пугали непослушных детей, потому сам Званко слышал о них чаще других. Детский страх так глубоко въелся в его душу, что Званко замер на месте, не решаясь двигаться дальше. 

   - Мы пришли, - сказала ему Радка. – Заходи, а я тебя снаружи подожду.