Проклятие Прометея. Книга первая. Ахиллес, сын Пелея. Два в одном

Так и сказали: "Пойди и возьми". И дружно наблюдали, всей своей компанией. Мне потом пересказали – с подробностями.

Красавица не хотела быть родственницей Кронида. В змею обращалась, во львицу, утекала водой меж пальцев, обжигала огнём ладони...

Но не зря Пелей был внуком Громовержца. Их ладони не обжигают даже молнии.

А потом вспыхнула пламенем страсть между внуком бога и нереидой. Не любовь – страсть. Так похоже на "страх".

- Ты счастлива?

Слёзы в глазах.

Я был на пиру в честь их брака. Всё по высшему разряду – пусть и не на Олимпе, так хотя бы на Пелионе, в гостях у Хирона.

Все боги явились полюбоваться на свадьбу той, что уже не родит победителя Громовержца.

Они так думают.

Все что-то дарили Пелею: Хирон – копьё, Посейдон – коней, Гефест – доспехи... Никто не сделал подарка Фетиде.

Ты помнишь свою свадьбу, нереида?

Улыбка на устах. Помнит. И я не забыл...

Шум, крики "о, Гименей!", песни, гимны. Аполлон лупит по струнам кифары, и даже я не отдал бы ему сейчас приз как лучшему из музыкантов – бог просто пьян.

Козлоногий Пан, уступивший когда-то златокудрому в состязании, затыкает уши, чтобы не слышать этой какофонии. Зевс под бряцающий аккомпанемент привычно грызётся с Герой. Да и не они одни. Пиры богов всегда в первую очередь скандалы, и чем больше на них богов, тем круче заварушки. Но пока ещё всё мирно. Пока...

Счастливый жених дремлет под золотым ложем и в ус не дует.

А невеста...

- Радуйся, красавица, - подошёл я к ней, одинокой, прекрасной, печальной, гордой и чистой среди творящегося вокруг Хаоса, творящегося самого по себе, не обращая ни малейшего внимания на присутствие богов-творцов, стражей и создателей Порядка.

- Ты ведь Мом? – улыбнулась невеста.

- Я ведь Мом, - согласился я. А что мне оставалось?

- Тебе весело?

- А тебе?

- Так почему не уходишь?

- Может, уйдём вместе?

Творящийся вокруг Хаос подобрался к нам вплотную. Сейчас, сейчас гордость уступит пошлости, и мы с ней станем такими как все...

- Нет.

И Хаос разочарованно убрался восвояси.

- Нет, Мом.

Я останусь чистой.

- Постарайся.

Я был рад, что она ответила "нет". Просто счастлив.

***

- Я подарил тебе яблоко, ты помнишь?

- Это был чудесный подарок, Мом, - улыбается она. Улыбается мне. Сейчас. Как тогда.

Я смотрю в её глаза – и тону. Что в тебе, нереида? Кто в тебе? Твой живот стал больше, я чувствую второе сердце в тебе, сердце, которое стремится стать первым. Первым среди первых...

- Яблоко, принесённое Эридой – твоя идея?

Я смеюсь, вспоминая.