Пятый: Наставник, девушка и коза

Мраморная гладкая кожа, полные губы, запах лаванды, который сводил меня с ума…

- А ты чего тут забыла? - мне и Агазона хватает.

Оторвав кусок материи, я принялся перевязывать кровоточащий бок.

- Почему ты не пришёл ко мне вечером? – спросила девушка, обходя меня по кругу. – Я ждала.

- Я обиделся на тебя. Ты спровоцировала ссору. Если бы не твой флирт с этим болваном... ай!

- А утром?

- На рассвете меня арестовали и бросили в тюрьму.

- Я не знала. Жаль.

- Не ври.

Теперь к разрывающей мозг мигрени прибавилась ещё и пекущая боль в боку.

Каждый шаг давался с большим трудом. Зато я напился. Наплевав на крики декана, выпил баклажку с прохладной водой, найденную у одного из варваров. Жаль, что еды у них не было.

- Эти ягоды есть нельзя! Выкини их немедленно! – заорала Маргарита, хлестнув меня по руке, из-за чего собранная мною с куста вкуснятина рассыпалась. - Это же паслен, с ума сошёл! И эти тоже нельзя! Это воронец! А вот те, невзрачные, жёлтые, можно - это морошка.

На ночлег я спрятался в кустах дикого шиповника.

Но ночью почти не спал из-за боли. Каждый раз, когда глаза мои открывались, на камне передо мной сидела парочка призраков. Судя по всему, мне становится только хуже. Один - куда не шло, но пара…

Утром я доел горсть собранных ягод и, ругаясь от боли, снова зашагал по лесу.

Бээээ! Бээээ!

Да что там такое? Вот так сюрприз!

В корнях древней сосны замерла Облепиха - ручная козочка моей сестры. Такому видению я был только рад. Воспоминания о доме придали сил, и натруженные ноги мои быстрее зашагали по траве.

Перебирая копытами, животное внимательно смотрело на меня чёрными плоскими зрачками, лениво пожёвывая пучок травы, из которого выглядывала ромашка. Это я подарил её сестре.

Бэээ! - пронзительно заблеяла коза, и я почему-то взглянул не в её сторону, а на кусты справа, откуда в меня летела стрела

Вжих! Кламп! Щит заслонил меня и от первой стрелы, и от второй. Стреляли с кривой сосны в двадцати шагах впереди. Собрав последние силы, я сократил дистанцию до противника и вступил в схватку.

Удар! Укол! Меч мой высек искры из клинка варвара, но щербатый щит опрокинул противника на землю, а затем добил его, смяв горло.

Эта схватка окончательно лишила меня сил. Опустившись на ковёр из сосновых иголок, я привалился спиной к дереву. На минуту мне даже показалось, что я поднимаюсь по холму, засаженному золотистой пшеницей, и стоит сделать несколько шагов, как я увижу свой дом и сестру с матерью встречающих меня с работы.