Жар пылающих звёзд

- Чего?! - прорычал пьяница и отшатнулся. - Ты чёй это удумал? Казнишь меня, так же как и Торбера, что ли?! Не боишься, что в итоге один останешься?

- Нет. Не боюсь. - твёрдо произнёс Йоран. - Я буду со всеми, кто решил положить конец ужасам, творящимся в Рии. Кто хочет свергнуть узурпатора. Кто желает жить мирной и спокойной жизни. А ты в это время будешь сидеть взаперти здесь и ждать новостей.

Лицо забулдыги приобрело свирепое выражение.

- Вот ещё! Да я… Да они…

- Я всё сказал. - Твёрдо произнёс Йоран, перекрывая поднявшийся гомон.

- Ты будешь сидеть и не знать, что происходит, живы ли твои друзья. А потом, когда за дверью ты услышишь шаги, тебе до последнего будет неизвестно, кто это. Мы, или люди Эгиля.

И юноша пошёл прочь, бросив подошедшему на шум сержанту:

- Запереть его в каком-нибудь подвале. Не кормить до завтрашнего вечера. И не говорить с ним!

Сержант, поджав губы, кивнул.

- Да, мой король!

***

-Хозяин!!!

Йоран даже не успел отреагировать, когда огромная чёрная тень ринулась к нему, едва не свалив с ног.

- Ах ты, ж су… - прошипел кто-то из телохранителей и в воздухе просвистела дубинка. - Лежать, лежать я сказал, говнюк!!!

Тень негромко заскулила, но всё же слегка отодвинулась от сжавшегося Йорана. Присмотревшись, юноша изумлённо вздохнул.

- Эрик?!

-Да, господин… - на изрядно осунувшемся лице слуги жарко пылали глаза. - Вы так изменились, так повзрослели…

- Погоди-погоди… - Йоран примирительно поднял руку, незаметно отодвигаясь. Повинуясь вновь приобретённым инстинктам, парень обшаривал взглядом собеседника, прикидывая, где тот может прятать нож.

- Где ты был всё это время?

Эрик замялся. Затем, понурив голову затараторил:

- После того, как вашего батюшку убили разбойники, меня нашёл Его Светлость и предложил прислуживать ему.

Йоран кивнул, едва заметно подав знак телохранителям.

- А потом, однажды в трактире, я немного перебрал и точно не помню, но кажется сказал, что негоже было сжигать мёртвых в том лесу. Нужно было их похоронить по-человечески.

Некоторые, вроде даже живые были — я, кажется крики слышал… - Эрик начал заговариваться, его глаза лихорадочно заблестели. - А на следующий день проснулся не в своей кровати, а в каком-то подвале. Меня били — очень долго. Каждый день. А потом, однажды, про меня вспомнил Его Светлость и пришёл проведать. Он был добр, выслушал меня, сказал, что понимает, мол, что это я не со зла начал болтать всякое. И попросил прийти к вам, передать кое-что от него.