Сказки старого Волхова

Горазд, как хороший хозяин, дорожил каждой железкой. Хороший мастер сумеет и из дряни выковать стоящую вещь. Потому и, как только появилась возможность, съездили кузнецы за мешком, в лесу второпях припрятанном. К счастью, нашли этот железный лом, выторгованный за бесценок в Ладоге.

Всю зиму и весну Горазд обходился старыми заказчиками, но надеялся на великую удачу. Традиция смены кольчуг по весне у княжеской дружины существовала. Но, лишь на словах, не на деле. А кузнец тешился надеждой, что именно в этот год ему получится хорошо заработать своим ремеслом.

А деньги лишними не бывают. Ибо Олеся уже засиделась, по его мнению, в девках, и надо было выдавать ее замуж.

– Надоть мне… Матвей, меч…

– Что, опять свой клинок собрать воедино желаешь? Ну, вот пусть княжий человек и идет. Сходили уж раз зимой. И что? Опять вас лечить да обхаживать! Еще этот дурик шелудивый за вами увязался. Как его… Штырь! Теперь тут, как у себя дома, ошивается! Тьфу, тать чернявый, – кузнец стукнул миской о стол так, что плеснул часть похлебки себе на рубаху, которая, конечно, не отличалась чистотой, но, все одно, неприятно.

– Он, между прочим, курицу вам вернул краденую… – качнул головой Болеслав и показал деревянную ложку перед носом Горазда, словно ногу этого самого куренка.

– Ты мне перед лицом посудиной не махай! Молод еще! – взревел кузнец. – Уважай старость! И нечего меня куском хлеба попрекать! Это ты у меня кормишься, а не наоборот.

– Я…

– Молчи, Болька! Я еще не закончил. Знаю, как оно было! Обманул он тебя, баламошку молодого! Чернявый самолично курице шею свернул, а потом мне возвратил.

«Кунь погрыз, белый лис отбил!» Где ты видел белых лис-то? Враки все это! Лисы не бывают белого цвета! Только рыжие да бурые!

– А Малуша сказывала, что бывают. А, может, это и не лис вовсе!

– «Может, может». Бывают, да! На далеком севере мужики таку дичь видели. Но не здесь, – уверенно сказал кузнец, уже чуть остынув.

– Но я же своими глазами белый хвост видел! – не уступал Болеслав.

– Привиделось тебе, а Штырь нас обоих за нос водит.

Врет и не краснеет, ирод! А ты поверил, дурашка, в досужие сказоньки! В доверие втереться вор хочет. Ясно? Хочет, чтобы я его в дом свой пустил. Ага. Только пусти злобного лиходея. Все украдет, все обнесет! Все, что тяжелым мужским трудом нажито да кровью и потом полито. Ладно бы ограбит, а может, не дай Перун, и честь девичью у Олеси похитить…

– И у жены? – съехидничал Болеслав, представив себе такую картину воочию.