Повесть не временных лет КН 3

Но как он считал нужно просто время, чтобы посеянные всходы истинной веры смогли, в конце концов, прорасти в непросвещенных умах. И все же. Каким бы терпимым он не был, но и просто так принять факт крещения не по латинскому обряду не мог.

-Эх. Поторопился ты князь. – Посетовал он, печально качая своей головой, дожидаясь пока на стол разную снедь выставят. – Вот какая тебе выгода в том крещении была? На принцессе ромейской женился? Эка невидаль. Ее-бы все равно никто из наших королей за себя в жены брать не стал. Так что у нее не велик выбор был.

Можно сказать, ты тем самым императору услугу оказал. Все что принцессе светило так это за кого из своих подданных выходить. Множа при этом претендентов на трон. Либо в монастырь податься, коль вообще никто замуж не возьмёт. Да и ранг у тебя прежний остался. Княжеский. И это с такими-то владениями. У нас многие короли и четверти твоих земель не имеют. А как бы к твоему гордому стану корона пошла. – Зажмурился Бруно.

-Ты льсти. Приятно. Но меру знай. – Помахал у него перед носом пальцем Владимир.

-О-о. Если я невольно тебя обидел, то прошу прощения. – Тут же стал кланяться епископ. – Но, с другой стороны. Ведь кто-то должен был сказать тебе правду.

-Глянь-ка. Правдолюб нашелся. – Хмыкнул Владимир. – Ну, раз ты у нас такой правдивый то ответь. Правду ли бают, что у вас Папой Римским баба была? Да говорят, что к тому же на сносях ходила?

-Брешут. – Выпучил глаза на князя Бруно, и для пущей убедительности перекрестился. – Истинный крест. Брешут завистники.

Сам ведь понимаешь, сколь на земле недоброжелателей да злопыхателей разных. Да и сатана не дремлет. Искушениями да ложью души человеческие терзает.

-Это да. – Согласился с ним Владимир и продолжил. – А еще. Эти злопыхатели говорят. Говорят что, не смотря на ваши обеты безбрачия у многих ваших иерархов дети имеются. Да и вообще. Мол, оргиями вы не брезгуете. И это несмотря на то, что это грех великий? Да помимо этого, прости Господи, многих в мужеложстве да педофилии, фу, какие слова гадкие обвиняли.

У епископа от таких слов аж дыхание от возмущения сперло. Но он сумел взять себя в руки. Выдержка у мниха была отменная. Без нее давно бы где у язычников голову сложил. Так что вместо ругани смиренно ответил.

-Господь по справедливости воздаст охальникам. Отмерит сполна за их хулу на святую церковь и его преданных слуг.

-Нравишься ты мне Бруно. – Восхитился такой выдержкой Владимир. – Может, погостишь у меня чуток? Перед дальней-то дорогой. А то кто знает.