Магрит

- Я в твоем распоряжении, славный Сит-Артан, - ответил он, радуясь что сможет неотлучно наблюдать за опасным хеттом. – Никто так не знает экаль великого царя Кишати, как я! Что бы ты хотел увидеть сначала?

- Покажи мне сад, - сказал Сит-Артан.

В сопровождении двух стражников и Раткхара они направились вниз по лестнице. По дороге Славах показывал трофеи захваченные в завоеванных землях, конюшни где содержались великолепные лошади Навуходоносора питавшего слабость к верховой езде, львиный питомник и охотничий двор где воспитывались псы и соколы для царской охоты.

Особого внимания требовали знаменитые висячие сады, как на ладони видимые из окон дворца-крепости Навуходоносора. Весь бурлящий Вавилон предстал взору Сит-Артана. В солнечном свете блестели воды множества каналов, проведенных от огромного бассейна в Сиппаре. В гигантском городе, имевшем в окружности четыреста восемьдесят стадий, кипела работа. Множество рабочих внизу мостили дороги, обжигали кирпичи для крепостных стен и раскладывали камышовые плетенки, предназначенные для скрепления стен и краев рва.

В огромных котлах варили асфальт и прямо на берегу осмаливали легкие рыбацкие лодки. Бесконечный и пестрый людской поток неторопливо растекался по бесчисленным улицам, рокотал и гудел как потревоженный улей. В обеих частях Вавилона разделенных Евфратом шла торговля, между берегами города сновали большие лодки, перевозившие людей и товары. В центре города возвышался величественный храм Эсагила окруженный постройками, посреди которых царил семиярусный зиккурат Этеменанки окрашенный в различные цвета. Вершину зиккурата венчал храм Мардука – покровителя Вавилона.

Повсюду во дворце Навуходоносора сновали служители и рабы, царила суматоха, но везде, где проходил Сит-Артан, люди замирали глядя ему вслед. Весь остаток вечера Славах показывал ему дворец и хозяйственные постройки, но даже словом не обмолвился о выходах и бесчисленных переходах внутри экаля. Верный слуга Навуходоносора, по-прежнему видевший в грозном царе своего юного принца, он был настороже и старался привлечь внимание Сит-Артана к вещам общедоступным и обыденным.

Попутно старый воин внимательно изучал хетта, пытаясь проникнуть в его мысли, вглядывался в его глаза, но Сит-Артан выглядел как обычно, даже праздно, ничем не выдавая себя и оставаясь непроницаемым для всех.

На следующий день, как только солнце позолотило верхушки сторожевых башен Вавилона, Навуходоносор вызвал к себе Славаха.