Магрит

Здесь они вышли на большую дорогу, ведущую к городским воротам и влившись в непрерывно двигающийся поток телег, людей и животных, под нестройный гомон и шум, направились к городу. Но у самых ворот, когда они уже были готовы войти, вдруг ударили барабаны. В посвежевшем вечернем воздухе раздался звонкий, чистый удар гонга. Это означало закрытие ворот на ночь и окончание торговли внутри и снаружи городских стен. Стремительно заходило солнце, зажглись первые звезды, воздух наполнился ароматом вечерних цветов, из пустыни потянуло прохладой.

В синих сумерках запылали костры: те, кто не успел в город до заката, готовились провести ночь подле его стен. Воин выбрал место под большим валуном и расстелил плащ. Пес устроился рядом и тотчас уснул, навострив во сне уши. Человек снял себя вооружение и лег. Через мгновение он уже спал, подложив под голову кулак.

Они проснулись, когда солнце позолотило верхушки далеких голубых гор. Дымились угли потухших костров, на одеялах множества лежавших вокруг людей блестела роса.

Раздался скрежет открывающихся ворот и тотчас же прозвучал утренний гонг.

Все пространство вокруг зашевелилось, наполнилось разноплеменным говором, смехом, ревом верблюдов и ослов, храпом лошадей. Заплакали проснувшиеся дети и матери забегали, обмениваясь на ходу приветствиями. Мужчины складывали временные навесы, подтягивали подпруги на верблюдах, перебирали и складывали свой скарб, завязывали мешки. Начиналось утро.

Воин стоял, вытянувшись во весь свой рост, сжимая и разжимая пальцы рук.

Восходящее солнце словно отражалось в его бронзовой коже, блестело в смоляных волосах. На нем небыло вчерашней маски, скрывавшей доселе тонкие черты его лица.

Мужчины вокруг с опаской и украдкой посматривали на гиганта, отдавая должное его могучему сложению и вооружению. Не остался без внимания и пес, в котором многие признавали смесь шумерской и другой, неизвестной собаки. Было в этом псе и его повадках еще что-то, что внушало чувство смутной тревоги и неуверенности.

Воин отряхнул плащ и накинул его на плечи. Под всеобщие взгляды человек и собака направились к городским воротам. Пройдя в полутьме тяжелых сводов, они оказались на рыночной площади.

Вокруг все кипело, торговля начиналась. Тянулись бесконечной вереницей торговые ряды, сипели и ревели трубы, зазывая народ, гремели барабаны циркачей, устраивающих целые представления на площади, шныряли мальчишки, продавая прохладную сладкую воду.