Там где вечно цветущая весна

Впереди виднелись силуэты черных деревенских крыш. Это впереди лежало Обрыдлаво - место мрачное, село ведьм и колдунов.

- Мать его ебти. Люд там мутный обитает. Место, где поклоняются языческим богам. Обходить его надо, - первым Святослав нарушил тишину.

- Ну и куда обходить? С одной стороны лес буреломом поросший да таким, что пешим ели пройдешь в светлый день. С другой стороны – болото, воняющее падалью и палёнными волосами. Смердит говорят так, что аж Богу душу вот-вот отдашь. Прямо пойдем нече тут огород городить.

- Да-да, все верно, иначе не можно.

- Ну вот и славно, - сказал Владимир.

Село встретило лаем дворовых псов и желтыми бликами светящихся окон. Пахло конским навозом, из печных труб тянуло яловым дымом. Владимир подошел к калитке первого попавшегося им двора, и громко закричал:

- Хозяева! Есть кто живой?!

Где-то в глубине двора затявкала, приближаясь псина, но увидев рядом стоящую навь, поджав хвост и попятилась назад, издавая жалобный писк.

У двери завозились, лязгнули засов и из дверного проема показался сухонький силуэт, и заверещал старческим голосом:

- Ну кого это нелегкая принесла на ночь то глядя?!

- Простите, хозяева. Мир вашему дому, мы в Новгород идем. Да вот стемнело уж, а место для лежки так и не нашли. Не пустите ль переночевать? - вопросительно посмотрел Владимир на сухонький и сгорбленный силуэт.

- А что не пустить? Пущу, конечно, заходите. Калитку то закройте, ато ветром вырвет на хер, - промолвил старческий сухой голос.

Святослав и Морана пошли в перед.

- Стойте, - проскрипел голос, - а кто это свами?! Ну-ка, девонька, подними капюшон.

Морана подняла капюшон и тут же глаза загорелись ярко голубым огнем.

- Ну… проходите, гости дорогие, - прошипел хозяин дома.

Только подойдя ближе к дому, в свете окон они увидели сухую и изогнутую, словно сучковатая ветка, старуху.

- Заходите, что встали как в копанные.

В доме пахло брагой, прокисшей капустой и застарелой мочой.

- Ну, что, люди добрые, садись с нами. Как раз и ужин поспел. Меланья, а-ну накрывай на стол, - скомандовал дед.

- Оой чаво это я, - засуетилась бабка.

Через время Святослав с отцом и навью уже сидели и поглядывали на большую деревянную плошку, полную вареного темного мяса.

- Да вы ешьте-ешьте, медвежатина то.