Вязь времен-2. Стань моей тенью

У меня пропало всякое желание ласково увещевать эту совершенно чужую мне девицу – с Марго, которую я знала раньше, Ариана Локвуд не имела ничего общего.

-Вы слышали мои слова, - ледяным тоном отчеканила я, - И если меня спросят, я под присягой повторю их снова. Вы занимались колдовством, чтобы привлечь расположение Джона Мэнли, управляющего замком Скай-Холл.

Вот теперь-то у меня не осталось ни малейших сомнений: она каким-то чудом превратилась в девушку со средневековой психологией и средневековыми страхами. И хотя до знаменитой охоты на ведьм должно было пройти не одно столетие, она здорово испугалась моей угрозы.

-Прошу вас, госпожа, - пролепетала она, - Не говорите никому об этом! Я в самом деле ничего не помню о том, как творила заклинания…

-Ну да, - мне вдруг стало стыдно.

Какое, в сущности, мое дело, как будет жить дальше эта чужая девица? Если ей нравится быть монахиней – пусть будет монахиней. Я в последний раз взглянула ей в лицо, убедилась, что от Марго там не осталось ничего, и равнодушно произнесла:

-Так и быть, леди.

Глава 15. Смена состава

Если бы все тайны, известные мне, были такими же невинными! Увы, в этом длинном списке преобладали тайны грязные и опасные для жизни.

Замерев в узкой нише, я напряженно прислушивалась к разговору. Ничего нового о своем муже я узнать уже не могла, а вот о планах заговорщиков – сколько угодно.

-…ты уверен, что иначе поступить нельзя? – голос Джонни звучал глухо и неуверенно.

Если бы месяц назад мне сказали, что этот образец решимости и отваги способен говорить таким тоном, я бы просто не поверила.

-Сделаем, как решили, - твердо заявил Робби, - Завтра здесь будут люди Эрика, и тогда…

-Ты позвал Эрика? - в голосе Джонни еще поубавилось решимости, но зато добавилось страха, - Эрик Гуннарсон – из тех, кого легче позвать в гости, чем отправить восвояси.

Зато у Робби решимости хватило бы и на десятерых.

-Мы справимся с ним, - сказал он, - после того, как он поможет нам справиться с нашими…противниками.

Он пока не мог еще назвать своего сюзерена врагом, но уверенно двигался по пути, в конце которого маячила самая обычная измена. Мне вдруг стало так противно при мысли, что я жена этого лживого отродья, что я сплюнула себе под ноги от избытка чувств.

Я не хотела предпринимать ничего для спасения собственной шкуры.