Летопись самозванцев

Люди в спину постоянно кричали, что дом дружинника — это поле боя. Отчасти Асмуд-подросток был с ними согласен, но вот Асмуд-мужчина сомнительно качал головой. В его годы и в его звании хотелось уже где-то осесть, обзавестись семьёй, а не думать о безопасности Великого князя и объезжать границы Славии, месяцами находясь в дороге. Но разве мог он мечтать о подобном? В последнее время ему претила мысль беспокоиться о чьей-либо жизни больше, чем о своей. Но что поделать — такова была его судьба. А как десница, Асмуд обязан был отвечать: «Мой дом — это княжеские палаты».

Он вообще старался не разделять свои звания. Тем более для него они, в сущности, значили одно и то же: на первом месте жизнь Великого князя, на втором — жизнь княжича, на третьем — жизнь Славии. Именно в таком порядке и никак иначе.

Сжимая в руке свиток, переданный ему вчера местным воеводой Буем о военном положении в Дебревске, Асмуд быстрым шагом пересекал посадские палаты, в которых Великий князь и его десница остановились.

И хоть палаты мало чем отличались от остальных домов Дебревска (кроме размера, конечно), даже здесь Асмуду было как-то не по себе.

Распахнув тяжёлые двери, ведшие на улицу, Асмуд чуть лоб в лоб не столкнулся с посадником Гораздом, который в ужасе шарахнулся и чуть было не скатился по ступенькам, еле сохранив равновесие. Двери за Асмудом со скрипом закрылись.

— Что вы здесь делаете в такой час? — нахмурился Асмуд, внимательно вглядываясь в лицо Горазда и пытаясь прочитать в нём хоть что-то, способное выдать злой умысел и коварную хитрость.

Видеть в людях плохое — вот чему научила Асмуда его должность.

Горазд заметно нервничал. Его глаза бегали из стороны в сторону, а ноги так и норовили сделать шаг назад, но предательские ступеньки оттесняли посадника прямо в когти воеводы.

— Не спалось, — наконец заговорил он дрожащим голосом. — Это же мой дом. Где хочу, там и гуляю.

Асмуд на это лишь усмехнулся. Что бы ни хотел сделать этот человек, вряд ли у него хватит смелости, а даже если и хватит — он ему не позволит.

Однако сейчас у него были дела поважнее. Асмуд обошёл Горазда, краем глаза замечая, как у мужчины подгибаются колени. Воевода резко остановился и опасно прошептал, не поворачиваясь:

— Даже не думай.

И двинулся дальше, слыша, как в ночной тиши порывисто дышит посадник, пытаясь скрыть подступающее помешательство. Взлетев по лестнице, Асмуд оказался на втором этаже палат.