Летопись самозванцев

Развернувшись на носках и даже не попрощавшись, Яронега двинулась в толпу — сегодня она должна быть рядом с Вестой, вряд ли Велимир будет искать её в ближайшее время.

— Удивительно, что ей до сих пор не вырвали язык, — сказал Асмуд, провожая Видящую взглядом.

Велимир лишь усмехнулся и, не сказав больше ни слова воеводе, хотел было двинуться к центру площади, чтобы отдать приказ поджигать обрядовый костёр, как в него на всех порах врезался худощавый пацан. Не удержавшись на ногах, тоненьких, словно тростинки, мальчик повалился на спину, распластавшись в ногах Велимира.

Великий князь недовольно нахмурился, пренебрежительно цокнул языком и, обойдя его, всё-таки направился к дружинникам, ожидавшим его приказ. Асмуд последовал за ним.

Милен, от не пойми откуда взявшегося страха, поджал ноги, боясь поднять голову и посмотреть из-под бровей сквозь чёлку на Великого князя. Он узнал его по сапогам — они отпечатались в памяти ещё в избе Яронеги, когда он вжимался в стену при виде правителя Славии.

Лишь когда стук каблуков по площади утонул в разноголосице толпы, Милен наконец пришёл в себя и вскинул голову.

Лёжа на земле и чувствуя, как песок болезненно впивается в кожу ладоней, он отчего-то задумался над вопросом, почему на него ни разу не наступили, и сам подивился этому. Люди проходили мимо, даже не обращая внимания на мальчика, замершего внизу и осознавшего, казалось, намного больше, чем следовало его ровесникам. Всё-таки поднявшись, он замотал головой, пытаясь высмотреть в этой толпе Влада, но с его ростом это было попросту невозможно. Тогда он начал пробираться к лавкам, где разливали кисель. Там каждый год крутилась малышня, которую развлекал…

— Златан! — радостно воскликнул Милен, пытаясь перекричать пятилеток.

Старик, всё-таки услышав голос мальчика, по-доброму улыбнулся, отчего его губы медленно поползли наверх, а глаза благодарно прикрылись. Милен тут же заключил писаря в объятия, на что тот невольно засмеялся, тут же закашлявшись.

— А ты всё такой же! — прохрипел он, ласково погладив Милена по голове.

— Давно я тебя уже не видел. Совсем про меня забыл.

— Простите, — поджал губы Милен, стыдливо опуская взгляд. — Возможно, вы слышали…

— Конечно, слышал. Ты же знаешь, у меня везде уши, — губы старика Златана снова еле заметно дрогнули в доброй улыбке, и в этой улыбке, казалось, было больше поддержки, чем в любых других словах, сказанных Милену после произошедшего с Вестой. — Над Славией уже повисло время перемен.