Песня без слов

Не юлил, не врал, не затевал игры за ее спиной. Вывалил сразу.

– Я врать все равно не умею. И люблю только тебя. Вот поверь мне. Ну, так бывает. Я даже подозреваю, что у всех. Только другие скрывают. А я не смог бы.

И что же?

Страдания друга были так натуральны, что Варя согласилась перетерпеть и дождаться конца влюбленности. И очень даже успешно дождалась. Ей было больно. Но то, что обошлось без подлости и скрытых интриг, все же душу как-то согревало. Снова зажили они вполне счастливо. Через полгода Варя почти забыла о том досадном эпизоде.

И даже как-то рассказывала о нем Марусе, смеясь. Та тоже смеялась, но как-то удивленно.

– Я бы не смогла, – сказала Маня.

– Чего не смогла?

– Ну забыть. Или смеяться над этим, как ты. Ты, Варюша, герой.

Варя и вправду зауважала себя после того эпизода за женскую мудрость. Она думала, что через пару месяцев вполне можно было бы и расписаться. Ей хотелось настоящей семьи, детей.

Но случилось то, что уже раз произошло. Снова Василий вернулся домой чуть ли не в слезах и снова признался:

– Варя, я влюбился!

Он не переставал клясться в любви ей, единственной.

Но очередной влюбленности не скрывал.

– Умоляю! Об одном прошу! Перетерпи!

И снова она терпела. И снова получилось, как обещал Вася. Все вернулось. Но лучше прежнего не стало. Видно, нервы у Вари были уже не те. Васины влюбленности и искренние признания почему-то разрушали ее.

Однако дождалась она и третьей влюбленности, и четвертой, и пятой. Но в конце концов не выдержала.

Как бы ни был хорош в любви к ней Вася, но сосуществовать по его правилам Варя все же отказалась. Они расстались друзьями. Созванивались, болтали, шутили. Вася, естественно, делился всеми своими сердечными переживаниями. Он решил, что ему судьба оставаться холостяком. Варя с ним не могла не согласиться. Тем более сердце ее оказалось занятым всерьез и надолго совсем другим человеком. Они были вместе все последующие годы.

Известный артист и телеведущий, в которого влюблены были сотни тысяч женщин страны, остановил свой выбор на Варе.

Ей это поначалу льстило. Дух захватывало от собственного везения. Она твердо и окончательно решила для себя: это он, единственный. Она видела, как нелегка его жизнь, как тяжел труд «на разрыв аорты», как любил он повторять.

– Я буду тебе опорой всегда и во всем, – обещала она.

И была.

И он благосклонно принимал ее усилия. Взамен она получала его внимание. Иногда. Близость. Тоже иногда.