Благословлённые #1. Гальрадский ястреб

Вероятно, в своей реальной, нечеловеческой форме, нирту сильнее, быстрее и опаснее, чем обычный человек и потому смог быстро расправиться с безоружными людьми, запертыми с ним в одной клетке.

Цель нирту была в том, чтобы добраться до Лиры. Зачем в таком случае вообще убегать? Если можно перевоплотиться в кого-то и выжидать удобного момента для атаки? Дьюк сам так бы и поступил. И Божко не смог найти нирту в особняке, потому что тот его и не покидал. А использовал тело человека, который оказался с ним один на один на некоторое время.

Того, кто отделился от группы, кто остался в скрытом от посторонних глаз месте, кто по неудачному стечению обстоятельств стал жертвой.

Дьюк тихо подошел ближе к своим, остановившись у них за спинами. Братья стояли с Эдой и наблюдали как Амелия склонилась над телом сестры.

— Вайн, что с тобой? — осторожно спросил Габор. — Все в порядке?

Тот в ответ грустно хмыкнул:

— Мы только что пережили очередной бой, без потерь, хвала Малеону. Но госпожу Лиру уже ничто не вернет.

Должно быть, кто-то из них и есть враг.

Но кто в ту злополучную ночь зашел в темницу особняка в одиночку, отделившись от общины, и встретился с нирту лицом к лицу? Дьюк не хотел признавать, но уже знал ответ. Он помнил все в подробностях.

Скорее всего у нирту был ключ от клетки. Лиру должны были отвести к нему под каким-либо предлогом. Он бы вырвался, убил её и спокойно перевоплотился. Все пошло не по плану, потому что община Божко ворвалась в особняк. А после того как к нирту запустили других людей, у него появилась возможность.

Свидетелей пришлось убить. Всех. Чтобы никто не узнал о нирту и на что он способен. Он убил кого-то из общины, перевоплотился, переоделся в одежды и без труда спрятал нагое тело, зарыв его под мертвых обитателей особняка. Среди тех трупов в том подвале лежит тело друга Дьюка.

— Посмотри на старика, — обратился Вайн к брату, показывая взглядом на Божко. — Мы опоздали, не смогли спасти госпожу Лиру, и теперь он будет винить себя в этом. Не простит никогда. Он же дал слово Норберту…

— В этом нет нашей вины, — уверенно оправдалась Эделина, перебивая лекаря.

— Мы и так рискуем тем, что приперлись в центральную провинцию.

Дьюку раньше в голову не приходило, что, вероятно, Нирту после убийства и обращения в новое тело, получает часть воспоминаний жертвы. Из-за чего прикинуться своим практически сразу не составляет особого труда.

— Да что с тобой такое, Эда? — недоуменно спросил Вайн. — После ухода Дьюка ты стала какая-то подавленная.