Благословлённые #1. Гальрадский ястреб

Она шла позади, и старик не спешил, периодически оглядываясь, чтобы проверить не отстала ли.

Наконец, они вышли на большую поляну. Длинные полуразрушенные бараки, поляна, на которой тренировались молодые ребята с мечами, мишени для лука, загон с лошадьми. Из здания вышло несколько вооруженных человек, одетых в простую, походную одежду. Девушка остановилась, боясь идти дальше. Она не знала, куда заведет очередная дорога, но добра в последнее время ждать не приходилось.

— Не бойся, никто не обидит, — успокоил старик.

Велимир не медля пошел в бараки. Девушка, стараясь не отставать, мельком увидела длинный коридор и множество дверей в спальные комнаты. Старик сразу завернул на второй этаж и постучался в первую дверь. Тихий женский голос разрешил войти.

Они вошли в довольно уютную комнату. Две аккуратно застеленные кровати, старенький комод, в углу веник и швабра, на подоконнике чистые тряпки. Из окна открывался красивый вид на деревья. Женщина лет тридцати на вид, в синем платье в цветочек и потрепанном фартуке, с длинными волосами, сплетёнными в косу, скромно поприветствовала вошедших кивком головы.

— Мирина, как идут дела? — бодро спросил старик.

— Доброго дня, господин, все хорошо, — скромно ответила она. — А кто это с вами?

Велимир чуть подвинулся, чтобы показать Мирине свою спутницу и, выдохнув, произнес:

— Вот, волей судеб пересеклись на одной из дорог. Её зовут…

— Я… Камилла.

Слова с трудом вырвались из уст девушки. В комнате наступила тишина. Мирина встала как вкопанная, не понимая в чем дело, а удивление старика сменилось неожиданной радостью:

— Хвала Святому Малеону! Я уж боялся, ты не заговоришь!

— Простите, — тихо ответила Камилла.

Недолго думая, Велимир велел женщине отправиться за лекарствами, а также приготовить все необходимое для мытья. А когда Мирина удалилась, и они остались одни, Камилла аккуратно села на край кровати. Стоять уже не было сил и, казалось, только сейчас тело заныло от ран и усталости.

— Что стряслось с тобой, девочка? — поинтересовался, наконец, старик. — Можешь рассказать?

— Я…

Слова по-прежнему давались тяжело. Одно время, казалось, будто говорить больше не придется никогда, настолько безнадежной была ситуация. Собравшись с силами, она негромко сказала:

— Те люди случайно встретились на пути, прямо как вы. Меня схватили. Самый старший — Гальзар, вечерами сильно бил плетью, постоянно повторяя… я должна молчать, притвориться немой.