Сказание о пустыне

Усталость накатывает снова.

– Он здоров? Наш сын…

Глаза закрываются, но прежде чем провалиться в черноту, я слышу ответ:

– Он прекрасен…

…Темнота отступает медленно. Неохотно отпускает из своего плена. Я просыпаюсь, пью, иногда ем бульон и сухие лепешки, засыпаю снова. Слабость отступает, и в одно из пробуждений я прошу принести сына. Надира отводит глаза.

– Он сейчас с кормилицей. Ее наняли, потому что ваше молоко перегорело. И мать аттабея держит ее при себе.

Холод волной проходит по телу.

– Она забрала моего сына? – с губ срывается только сип.

– Она… она сказала, что неизвестно, сможете ли вы выжить. А сыну аттабея нужна забота. Простите, госпожа… – служанка едва не плачет, но ее вины здесь нет.

Холод расползается по груди. В глазах моей свекрови я исполнила свое предназначение – родила мужу наследника. И больше не нужна. Если бы я умерла, ей стало бы спокойнее. Никто больше не покушался бы на ее положение в этом доме, и она смогла бы воспитывать внука.

– Так не будет.

– Госпожа? – Надира поднимает на меня заплаканные глаза.

– Она не получит моего сына.

Я смотрю в потолок и вспоминаю слова матери. В ночь хны, когда она покрывала мои ладони и стопы узорами, готовя к свадьбе. «Если ты родишь мужу наследника, сможешь потребовать себе подарок. Это указано в брачном договоре. Выбирай с умом. Не торопись. Кто знает, насколько щедры будут к тебе Небеса. И хорошо продумай условия, подарок – не всегда вещь». Теперь я знаю, что просить.

– Позови аттабея.

– Госпожа…

– Скажи, что я хочу его видеть.

– Госпожа…

– Скажи, что я в ясном сознании или соври, что умираю…

– Госпожа…

– Где мой муж?!

Служанка испуганно отшатывается.

– Он уехал. Покинул Аль-Хрус. Я не знаю, что произошло. К нему явился посланник, и аттабей уехал вместе с отрядом. Он заходил к вам перед отъездом, но вы спали.

Закрываю глаза. Ждать, нужно лишь подождать. Муж вернется, а я смогу окрепнуть. И тогда… все наладится…

…Аттабей возвращается через неделю, когда я уже могу сидеть и есть самостоятельно.

Муж приходит вечером. Он все еще выглядит уставшим, а меж бровей пролегает складка. В глазах его тревога, но не обо мне. Мысли его далеки отсюда.

– Добро пожаловать домой, супруг мой.

Я улыбаюсь. Надира одела меня для встречи в лучший наряд и подложила под спину подушек.