Сказание о пустыне

Лестница все время поворачивала, из-за этого казалось, что она тянется бесконечно. Узкие окна не давали достаточно света, а увидеть через них можно лишь пустыню. И кажется, одни и те же барханы. Небо потемнело недостаточно, чтобы ориентироваться по звездам. Но достаточно, чтобы опасаться упасть на каждом повороте.

Сначала аттабей пытался считать ступени, но после третьей сотни сбился. Ноги непривычно ныли, а голова кружилась. Будто он выпил слишком много вина. Или долго не спал. Дорога сюда оказалась нелегкой, но не до такой же степени.

Когда перед лицом хранителя Аль-Хруса возникла дверь, он смог лишь толкнуть ее. И едва не упал на мягкий ковер, оказавшийся за порогом.

– Что привело тебя ко мне, странник?..

…Мухаммад ибн Фара аль-Таарам смотрел на позднего гостя, приближение которого заметил еще в полдень. За годы, проведенные в пустыне, он успел повидать многих просителей. И по их виду научился угадывать, какие вопросы они зададут ему.

Он видел торговцев, искавших выгоды. Больных, молящих об исцелении.

Гордых воинов, желающих славы и богатства. Видел и нищих, и стариков, детей и женщин. Он устал от людей, поэтому редко покидал башню, и даже своим слугам запрещал тревожить себя по пустякам. Но сегодня, посмотрев в окно и увидев очередного просителя, старый звездочет испытал нечто странное. Будто сами Небеса, которые он так любил рассматривать, шепнули ему что-то. Нечто настолько неуловимое, что смысл потерялся, но ощущение. Предчувствие чего-то неотвратимого осталось. Поэтому он попросил ученика сразу же привести к нему нового гостя. Уже давно Мухаммада ничто не могло удивить, а своим предчувствия он привык доверять.

– Что привело тебя ко мне, странник?

Гость не упал на пол в изнеможении, хотя преодолеть шестьсот шестьдесят девять ступеней удавалось не каждому. Он переступил порог и огляделся. После чего поклонился, исполняя ритуал гостя:

– Мир твоему дому, почтенный Звездочет.

Старик кивнул и приглашающе взмахнул рукой. Перед ним прямо на ковре лежала скатерть, уставленная блюдами.

– Раздели со мной трапезу, путник…

Гость сел напротив. Воин, судя по оружию на поясе. И не из последних людей, судя по перстням на правой руке. Женат. И уже не молод, но еще и не стар. В том возрасте, когда мужчина уже достиг своего расцвета и может наслаждаться жизнью.

– Благодарю за приглашение. Дом твой гостеприимен, Звездочет, а слуги расторопны, – продолжил традицию странник, а Мухаммад довольно кивнул.