Болотная ведьма

Она сразу же направила недовольство на новую молчаливую жертву:

– Кюс, почему ты не поговоришь с ней?

Кюс усмехнулся:

– Она же со мной не разговаривает.

– Что еще у вас случилось?

– Откуда я знаю? Сама у нее и спроси.

– Палла! – громкий возглас пронзил весь дом.

Девушка неохотно вынырнула на кухню:

– Что?

– Ты почему с отцом не разговариваешь?

Палла покривилась в его сторону:

– Потому что он перевернул мою комнату вверх дном и украл мои деньги, чтобы купить свою проклятую настойку.

– Твое – только то, что ты оставила после себя в клозете! – Кюсто залился дурацким смехом, а следом из соседней комнаты послышался и хохот Флуэллы.

– Ты бы про деньги вообще молчала, – упрекала Делисия. – Кто нас лишил недельного заработка? А потраченных материалов? Правильно отец говорит, здесь ничего твоего нет. Пакостишь, еще и возмущаешься.

– А ничего, что я работаю на тебя три года? Что, я все это время приносила одни убытки?

– Так я же и кормлю тебя! – усмехнулась мать.

– Зачем ты меня родила, если я такая бесполезная? Я тебя об этом не просила.

– Вот она, благодарность! Я ее содержала семнадцать лет, обучила работе, а теперь мать не нужна, да?

Палла молча ушла в свою комнату, вернулась с сумкой, заброшенной за плечо, и направилась к выходу. Делисия грубо схватила ее за руку:

– Далеко собралась? Дай сюда сумку.

Но женщина не стала дожидаться повиновения, а вырвала мешок сама и вытряхнула содержимое прямо на пол. Бегло оглядев личные вещи дочери, она вновь обратилась к ней:

– Ну, где еще спрятала деньги?

Палла застыла на месте, когда ее нижнее белье было представлено на обозрение мужчинам, в то время как мать эта ситуация не смущала ни капли. В очередной раз опозоренная и преданная, девчонка удрала прочь из дома.

Джереон сидел, смущенно уставившись на скатерть перед собой.

***

Остроконечная пирамида горела на солнце, жадно поглощая тепло. Страшно вообразить духоту в здании, крыша которого выстлана черным металлом, и все же Алоис жаждал наконец увидеть внутреннее убранство.

У входа в храм зевал торговец, держа перед собой лоток с разложенными изделиями из черного золота и разноцветных камней.