Путь домой. Год надежды.

Позже на вопрос Рая, к чему такая скрытность, не лучше ли было бы всё же рассказать графине хоть какую-то часть правды, граф ответил:

— С графиней не бывает полуправды, а для всей правды время ещё не пришло. Сейчас она многое передумает, сопоставит, кое до чего догадается, кое-что заподозрит и тем самым подготовит себя к принятию моих слов. Я ей всё расскажу, и произойдёт это скорее всего ещё до возвращения Жана и Виктора. Но… не сейчас…

«Не сейчас...» — Рай вновь развернулся к графу, - «А что мы имеем сейчас? Было решено, что я узнаю, чем живёт дворец Бетенгтон, а он, граф.

..»

Тут граф потянулся и неожиданно ясно открыл глаза.

— Доброе утро, — Рай поприветствовал это пробуждение улыбкой, — Как спалось?

— Замечательно, — граф, на вид совершенно выспавшийся, уже сидел на кровати, — А вам? Я вас не разбудил своим поздним возвращением?

— Нет, — солгал Рай, — Как наши дела? Вы нашли то, что искали?

— Да, и то, как мы этим воспользуемся, зависит только от нас, — граф подошёл к тазу с водой и уже принялся умываться.

Попутно он кинул на Рая лукавый взгляд, — Могу ли я просить вас первым поделиться со мной вашими открытиями?

— Что ж, извольте, — Рай присел на подоконник, сложил руки на груди крест на крест и, наблюдая за действиями графа, начал свой отчёт, — Герцог во дворце, можно сказать, один. Вся его гвардия где-то в лугах. Её туда увели Глен и Фил.

— Виктор и Фил, — поправил граф.

— Да, — улыбнулся Рай, — Признаться, интересное это занятие нищим оборванцем пробираться в дом, где прожил добрый десяток лет как хозяин.

Должен сказать, нравы там пока не испортились, и приняли меня хорошо. Забавно, о Викторе там говорят едва ли не шепотом, с прямо-таки благоговейным почтением. Такой портрет получается, прямо умудрённый опытом ни одной жизни, потёртый всеми ветрами мира вожак стаи шакалов герцога. А ведь ему ещё нет и двадцати одного! Женщины на кухне словоохотливы, вот уж отдушина домашних сплетен. Они-то мне всё и рассказали. Оказывается, Виктор дрался с герцогом, да так страшно, что это едва не закончилось смертью одного из них.

— Кого? — граф уже присел на стул напротив.

— Сначала герцог ходил по краю пропасти, а потом он едва не убил Виктора. Тот, поскользнувшись, очень плохо упал, почти потерял сознание, и герцог его пощадил.

Граф отшвырнул от себя полотенце.

— Герцог... Так драться с человеком, которому он почти доверил свою гвардию?! Это странно…

Рай согласно кивнул:

— В тот вечер Виктор был не первым, с кем герцог скрестил шпагу.