Медийная монархия

Летать и размышлять, созерцать – вот чего он на самом деле желал. Власть и всеобщее внимание его тяготили.

Последнее время Анастасия пыталась разрушить растущую между ней и супругом преграду, поэтому, оставаясь наедине с мужем, начинала много и горячо говорить. Не стала исключением и эта прогулка. Выдержав паузу, она как бы тактично предлагала проявиться вначале Александру, а когда тот не воспользовался предоставленной возможностью, взялась за дело сама.

– Ваше Величество, сегодня на редкость прекрасная погода! Мне кажется, Господь уже давно не посылал нам такого замечательного дня!

– С этим нельзя не согласиться моя дорогая.

– Сказал Александр VIII с добродушной улыбкой являя миру образ эталонного семьянина, любящего свою милую пташку, супругу.

Они шли по дорожке в сторону беседки, где их ждали в окруженье нянек дети. Анастасия увлечённо продолжала свой монолог. Рассказывала о семейных делах, обсуждала предстоящие дворцовые мероприятия. Её муж не проявлял равнодушия, он был мил, учтив, задавал естественные наводящие вопросы, отвечал на её, длинными развёрнутыми предложениями.

Александр говорил красиво, но не высказывал своего мнения, словно его мозг генерировал наиболее подходящий ответ близкий к тому, который мог бы дать живущий в его голове эталон гармоничного правителя. Анастасия чувствовала это, видела, что за его ответами нет человека, которого она до сих пор старалась полюбить и подумала, что если бы он теперь умер, то никто на белом свете не знал бы ничего о том каким он был настоящим. Она говорила всё больше и больше за трескотнёй своих слов, стараясь скрыть мучащую её тоску.

Подходя к беседке, супруги увидели, как наследник запустил бумажный самолётик, который, сделав неуверенную петлю, уткнулся носом в траву, а мальчик со смехом бросился навстречу приближающимся по дорожке родителям. Девочки были более сдержаны, но не менее улыбчивы. Августейшая семья воссоединилась. Камеры дали крупный план, вышибающий слезу у особо чувствительных зрителей.

После прогулки по протоколу предусматривался обед, который августейшая семья проводила обычно в кругу приближённых высших чиновников и кого-нибудь из простых людей, имеющих отношение ко двору. Это мог быть один из офицеров гвардии или почётного караула, чиновник канцелярии или кто ни будь из девушек, помогавших на кухне. Право присутствовать на таком обеде среди последней категории лиц обычно раздавалось по жребию.