Белый волк и солнечные овцы.

Сжав губы, мое тело напряглось. Готовясь к яркому свету и драке, я сощурил глаза. Рука человека, который стоял от меня справа, потянулась к материи, намереваясь ее поднять. Еле дыша, я был готов ко всему. Ткань начала подниматься и, свежий воздух ударил мне в лицо. Завидев яркий свет, я на миг ослеп, но быстро собравшись, моя рука замахнулась, и скинув остаток накрывавшей меня материи, я воткнул острие ножа в плечо вора. В какой-то момент мой взгляд задержался на нем, и я подметил его чумазое лицо, отражавшее испуг, отрешенность и порванную одежду, покрытую грязью.

Вытащив нож из его плеча, алая кровь потекла из раны, впитываясь в нечистую одежду. Я незамедлительно наклонился ко дну телеги. Поставив руку как опору, я оттолкнулся ногами и одной из них пнул вора, стоявшего слева. Тот отлетел на пару метров и, врезавшись в дерево, которое находилось у него за спиной, упал на землю. Поняв, что теперь меня заметили, я спустился с телеги на землю.

Игнат, помятый и растрепанный, тихо стоял за деревьями, прижимая к себе мешочек с деньгами, в то время как трое оставшихся воров метались и кричали от неведомой змеи, все в порванных рубахах, грязи и тонких шапках, натянутые на их лохматые волосы.

Они посмотрели на меня выпученными от ужаса глазами, не зная, бояться меня или просить о помощи. Змея начала приближаться ко мне, больше не обращая внимания на напуганных воров. Обвивший вокруг моих ботинок она растворилась в воздухе.

Один из людей показал на меня палец дрожавшей руки.

- Колдун! Дьявол! – завопил тот и быстро метнулся в заросли полей.

Остальные, хромая, побежали за ним, опасливо оглядываясь на меня испуганными глазами. Даже побитые мною воры нашли в себе силы подняться и побежать.

Вскоре наступила тишина, прерывающаяся криками птиц. Я беспокойно вздохнул. Вероятно, мне стоило бы действовать намного скрытнее, и дня не прошло, как уже обличили дьяволом. Игнат с осторожностью приблизился ко мне с тихим ужасом рассматривая меня круглыми от страха глазами.

- Боярин… - начал он.

- Ничего не спрашивай, довези меня до Царицыно и никому не говори, что тут произошло, - перебил его я, искоса посмотрев ему в глаза.

Ямщик молча закивал головой, и все еще напуганный, сел на свое место, взяв дрожавшими руками поводья. Лошадь все это время спокойно стояла и наблюдала за происходящим вокруг, поедая свежую, но грязную траву у дороги. Запрыгнув в телегу, я сел, облокотившись на гору вещей.