Тёмная печать

Таких представителей, которые больше нас знают о том, как победить Алваара и которых не затронула его магия.

В этот момент их лодка выплыла из пещеры. На расстоянии они могли видеть замок – ничего не указывало на то, что внутри что-то происходит. Однако со стороны города послышались крики.

Мужчина продолжил говорить спустя время:

- Если быстро повернём за ту скалу, то нас уже не будет заметно со стороны набережной. Киран, я пока сам справлюсь, но как скажу – замени меня на вёслах, пожалуйста.

- Хорошо, дядя.

А ты знаешь, кто бы мог нам помочь? Большая часть знати была на балу, а остальные, наверное, будут прятаться, если и их тоже ещё не подчинили воле Алваара.

- Я так понимаю, что волшебники-предатели не добрались ещё до заключённых, всё их внимание было сосредоточено на столичной знати. – мужчина поднял одну бровь.

Эмилия с Кираном переглянулись в недоумении.

- Мы должны поговорить с твоими родителями, племянник. Они нам подскажут что делать.

Глава 12. Элизабет Де Мартен

Она магией повалила на ноги двоих королевских волшебников, чтобы Энтони смог убежать за Кираном – небольшая фора, но, кажется, это помогло.

Сама Элизабет не стала сопротивляться, когда предатели надели на неё кандалы из чёрного зачарованного оникса. Такие кандалы лишали волшебника магических сил, пока они на нём были надеты. Данная магия была очень сильной, в самом Хеймоне подобных кандалов было не более пятидесяти. Волшебник, который надевал на её руки кандалы, сделал это весьма грубо, из-за чего госпожа Де Мартен отреагировала:

- Прошу проявить уважение, я Элизабет Де Мартен и занимаю важную должность при дворе.

- Ты теперь никто, старуха. – хмыкнул волшебник.

Элизабет злобно уставилась на его короткие седые волосы, в мыслях представляя, как выдрала бы ему знатный клок серой копны.

Волшебник отшатнулся от этого взгляда.

- Джордж, тех, что без отметки, в темницы. Остальные нам не помешают. – крикнул другой волшебник с длинными волосами и бородой.

Она никогда не понимала, что не так с этими волшебниками, любящими отращивать такие длинные бороды, будто от этого им прибавлялось ума или мудрости.

Как считала Элизабет, если человек не слишком умный, никакой внешний атрибут не исправит это. Ещё до замужества она не считалась красавицей, но все признавали её талант к магии, после замужества больше половины Хеймона завидовала её положению в королевстве. Так госпожа Де Мартен поняла, что судить нужно в первую очередь по поступкам человека.