Бремя силы

- Принеси мне печень ератника, чертополох, тирлич и крапиву.

- Я и названий таких не знаю, где тебе их найду?

- Пора нам прощаться. Времени у тебя лишь до следующего солнцестояния, поторопись Анастас.

Старик начал меня выпроваживать из хаты, на мои протесы никак не реагировал. Необычные слова, приметы, названия я не запомнил ничего. Похоже по глупости думал, что, выйдя к людям у меня появится ответы, оказалось, наоборот. Странное поведение деда сильно настораживало, то приютит и обогреет, потом накричит, а после и вовсе выгоняет на улицу.

Интересно, в этом мире у всех так принято? Но тем не менее я не чувствовал в нем угрозы. Не знаю почему, но он не заставлял меня нервничать, беспокоиться или волноваться. С ним я чувствовал себя спокойно.

Во дворе избы стояла запряженная телега, а в ней кучер, он выглядел странно, как будто бестелесная тень, у который нельзя было разглядеть лица. Я поздоровался с ним, но в ответ тишина. Дед велел забираться в телегу и засыпать.

На мои возражения он не реагировал.

- Завтра ты найдешь ответы среди людей. Возвращайся ко мне и поймешь кто ты.

Кучер дернул вожжи, и телега тронулась. Свет из окна мелькал меж деревьев и по мере удаления он становился все тусклее и тусклее. Электрический импульс прошелся по моему телу, одновременно с этим пропал желтый огонек. Пропала и сама изба, превратившись в кучу поваленных деревьев, но этого я видеть уже не мог.

Глава 2

В горле першило. Вдох болью проникал внутрь и сдавливал грудь в тиски, не давая полностью насладиться кислородом.

Дыхание было тяжелым, хриплым, как будто механизм внутри меня забыли смазать, но он продолжать работать. От жгучего огня по всему телу хотелось окунуться в прорубь, лишь бы не чувствовать жара. Я приподнялся на локте и хотел было открыть глаза, как приятный женский голос сказал:

- Лежи, тебе еще нужно отдохнуть.

Веки открылись сами по себе в поисках прелестного источника звука.

За столом, спиной ко мне, стояла девушка в черном платье и что-то делала с травами. Ее русые волосы были сплетены в большую толстую косу. Она мельком глянула на меня.

- Лежи, кому говорят.

Ее серые глаза направились в мою сторону с целью подчинить своей воли. Высокой воротник платья доходил ей шеи, а подол опускался до самых щиколоток. Белые манжеты на руках придавали ей некую сдержанную аристократичность. Она протянула мне настойку.