Золотое правило

Творец, да это мужик в бабском тряпье!

Если дать ему хоть мгновение, он вооружится кинжалом или ножом и вцепится в Идель, шантажируя Тальесина отступить. Явно же, раз навострился убить, явился сюда не только с гарротой!

Эван, ловкий и прыткий, в самом деле выудил из складок нож и уже схватил Идель за волосы, когда ему в солнечное сплетение прилетел кулак хаделиндца. Эван пошатнулся. Таль поднырнул, перехватив вражескую руку с оружием, и встал между Эваном и Идель. Эван свободной рукой тут же съездил Тальесину по лицу и, пользуясь мгновением, крутанулся под сцепленными руками.

Нашел опору в ногах и перекинул Тальесина через себя. Однако Таль сообразил, что происходит, мгновением раньше.

Падая, он сгруппировался, потащил Дохлого по инерции движения вперед. Подтянул ноги к груди, уперся ступнями противнику в плечи и отбросил дальше, перехватывая инициативу. Эвана болезненно приложило. Таль заломил ему вытянутую руку, заставив выпустить нож. Зажал, как мог, коленями голову противника, но Дохлый сумел вывернуться.

Нашарил в складках на поясе второй нож и едва не воткнул Тальесину в ногу. Тот перехватил обеими руками, с ладони тут же потекла кровь.

Хаделиндец подобрался, как бы выталкивая Эвана вперед.

— СТРАЖА!!! — заорал он в третий раз, когда услышал из коридора первые шаги.

На мгновение принцу показалось, он сумеет заломить и вторую кисть ублюдка так, что он выбросит оружие, но Эван провернулся на коленях и «заполз» Тальесину за спину. Поднял с пола первый клинок и уже занес над ключицей Таля, как вдруг содрогнулся.

Шаги становились громче.

Принц воспользовался шансом, быстро выбрался из захвата и взвинтился на ноги. Лишенный опоры, Эван завалился вперед. Тальесин оценил обстановку и на всякий случай двинул Дохлому еще раз по загривку, чтобы тот вырубился наверняка.

Обернулся к женщине.

Идель стояла нагая со стулом в руках. Глазища на пол-лица безотрывно, не моргая, смотрели на ладони хаделиндца.

— В... ваша светлость... — раздалось хором из дверей.

Тальесин бросился к постели, содрал одеяло и быстро обернул Идель, попутно выбивая стул (Ого! В обычном состоянии она бы таким не размахивала!).

— Здесь убийца! — проголосил он, обнимая женщину. Ладони немилосердно жгло, хотелось шипеть. — Поднимите управляющего, возьмите под стражу и его, и убийцу и...

Тальесин опомнился, осознав себя обнимающим Идель и отдающим приказы чужим людям. Он замешкался, хотя прямо сейчас это было последнее, что стоило бы делать.

— ...