Архивариус

Зато в большой цене одногорбые верблюды - шерстяные звери девяти футов роста в горбе. Плюются знатно. А больше о них доброго слова не скажешь: злые, обидчивые, упрямые. Один легионеру на ногу наступил. Беднягу в госпиталь отнесли, а лохматая дрянь стоит и ухмыляется.

Я первым делом отобрал у Тибальда половину содержимого денежного ящика и отправился по ювелирам. Хотя какие тут ювелиры, так, одно название. Правда есть местные камни: топаз и аквамарин,- недорого, а маной заполняются. Хотя, конечно, ни с рубином, ни с изумрудом, ни с алмазом сравнить невозможно - емкость намного меньше.

Тибальд повозмущался (Ничего, Фил, Имперская Канцелярия еще пришлет. Ты только сразу прошение подай), и сдался. Понимает с какой силищей собирается связаться.

Я и закупился: три больших желтых топаза, пять аквамаринов (дрянь камень, но дешевый), по два больших необработанных рубина и сапфира и один прекрасный изумруд. Даже боюсь подумать, сколько маны надо, чтобы заполнить его “под крышечку”. Ну да ладно, глаза боятся - руки делают, курочка по зернышку клюет и сыта бывает.

Мы разделились. Тибальд взял пятерых конных разведчиков и поехал в Эхьеллу информацию собирать. Мы с Матильдой отправились в степь, к пастухам, чуму изучать. Как Рикки говорит, сусликов потрошить. А я ей чересчур увлечься не давать, да по шаловливым ручонкам лупить, если в совсем безнадежное дело залезть попробует. С собой взяли десяток легионеров, лекарей охранять положено, а то добрые поселяне могут и пожечь.

Витрувий с остатком центурии разбил лагерь вне города и готов прийти на помощь тому, кому она первая понадобится.

Он не в восторге от своей роли, но в экспедиции он подчиняется всем. Зато местных гонять может до префекта включительно. Бумаги у него тоже силы немерянной….

Боги, помогите нам всем!

Матильда, лекарь. Жизнь в седле. Записки на обрывках пергамента.

Провинция Эре, край Великих Равнин, Вторая половина июля - начало сентября.

...Кажется сейчас лопну! Посещение каждого стойбища начинается одинаково. Мы должны выпить со старейшинами котел бурды, которую они называют чаем.

Это варево из смеси сушеных степных трав, обильно приправленное солью и бараньим жиром. Не пить нельзя - смертельная обида хозяевам. Пригубить тоже нельзя. Пока в котле есть хоть капля жидкости, ни один из старейшин ни слова по делу не скажет. Будут только жаловаться на старческую немощь и никудышную память. Хорошо еще, что наш оптион Римиций из здешних мест и чай любит. Ему достается большая доля из котла…

...