Архивариус

Воды здесь хватало. Возле реки попали даже в небольшое болотце. У нас это редкость. У реки росло много неизвестной нам высокой травы с мягкими коричневыми набалдашниками. Когда мы въехали в эти заросли, вылетело множество птиц. И мы поняли, что сказать вождям.

- Назад мы вернулись на следующий день к закату. Весь народ, все вожди, все шаманы собрались слушать нас. Вперед вышел наш вождь:

Слушайте все! Это хорошая земля! В ней много воды и травы. В ней много дичи! В ней есть враги, которых можно убить.

Но населена она не густо. В ней хватит места всем! Больше мы не будем голодать зимой. И раз Тонно-ва и Сонг-мату отдают ее нам, придем и возьмем!

- Придем и возьмем! - сказали вожди.

- Придем и возьмем! - сказали жрецы.

- Придем и возьмем, придем и возьмем! - шумел народ.-Придем и возьмем!

- Жрецы очень быстро закончили избрание Верховного Шамана. Затем они указали на вождя нашей разведки.

- Ты поведешь народ в бой! - сказали ему,- А потом ты дашь наделы каждому племени по справедливости! Ты будешь Вождем Вождей! А имя ему было Тангри-ду.

Почему было? Он тоже уже ушел в Поля Вечной Охоты. И сейчас Верховный Шаман сам правит народом…

Четыре руки сильных воинов подняли Вождя вождей и Великого шамана на белой кошме и внесли в Новый мир. А потом и народ начал проходить во Вход. И был это уже не Вход в Никуда, а Вход в Новый Мир!

Три дня и три ночи проходил народ на ту сторону. Кричали дети, смеялись женщины, мычали Ккайти У, а бывалые воины крепко сжимали копья, потому что не верили, что можно без тяжелого боя взять такой замечательный мир.

Ведь как бы не были слабы его обитатели, даже белка кусается, когда у нее отбираешь орех. И за свой мир они пойдут умирать…

И знаешь, Госпожа, я думаю, лучше нам было не находить этот Вход. Или, что бы не говорил Тонно-ва, лучше было попроситься добром пожить рядом с вами…

Первые споры начались на пятый день. Народ вошел, осмотрелся, попробовал вкус воды, взял первую добычу, и оказалось, что не все хотят идти на юг.

Вокруг расстилалась прекрасная степь. В ней бродили стада странных животных, при каждом было всего несколько пастухов. Это было так просто убить или прогнать их, а затем с удовольствием охотиться на разбредшееся мясо. Мясо мычало, блеяло, ржало, иногда гавкало. Но это было мясо, и давалось оно легко. И не удивительно, что треть народа повернула не на юг, а на северо-восток, вслед за убегающими стадами.