Галопом по Европам

Все бы тебе мечом махать, да головушки рубить!

– Я же не просто так мечом машу, Да и головушки не абы какие, а вражеские рублю. Сама понимаешь, придется вмешаться. Не люблю я, когда мирные люди гибнут.

– Что ж с тобой поделаешь! Вмешивайся. Только если убьют – не возвращайся!

В первый раз за трудный день Кощей расхохотался:

– Воскресну и сам вернусь! Никуда ты от меня не денешься. Ладно, оставайтесь, да ждите меня.

Яга долго смотрела вслед другу, который отправился помогать совсем незнакомым людям.

***

Савва и Шишок перекрестились, поцеловали крестильные крестики и обнялись.

Понимали, что вряд ли переживут сегодняшнюю бойню. Половцев пережили, а этих, мунгалов зверских, – вряд ли.

С невысокого вала было хорошо видно, что творится внизу. Мунгалы даже не торопились, но упорно шли вперед. У них был хороший стимул: тот, кто первый ворвется в городок, тот вволю награбит.

Еще утром было видно, что прибыл новый отряд, а у них оказалось несколько камнеметных машин. А это страшная сила! Жители городка поняли это еще вчера.

Пудовые камни изрядно проредили число защитников Городища. На место убитых и покалеченных мужчин вставали женщины и дети. Все знали, что будет, если враг ворвется в город. В городке почти не умолкая звонили колокола: враг пришел.

Защитники стен смотрели на невиданного врага. Всадники, издавая странные крики, постоянно крутились на своих конях, посылая их через кусты и ямы, пускаясь вскачь. Маленькие кони, под стать всадникам, казалось, не знали устали.

Накануне небольшая княжеская дружина рвалась выйти из ворот и догнать наглых вертлявых пришельцев.

Но, странное дело! Только что вертевшиеся перед воротами всадники пускались вскачь назад, едва с лязгом и скрежетом открывались старые ворота, выдержавшие не один приступ, и на поле высыпали княжеские дружинники. Больших трудов стоило воеводе усмирить горячие головы и не броситься догонять. О том, что это такая хитрая тактика – сделать вид, что отступают, а потом завести в засаду – уже все знали и старались не поддаться искушению перебить малый отряд.

Камнеметная машина еще вчера сделала свое жуткое дело и уступила место двум таранам – огромным бревнам, подвешенным на прочных подставках. Лучники на стенах старались достать работавших на них рабах, но те прятались за кожаными прочными щитами и раз за разом раскачивали бревна, с силой ударяя ими в городские стены. Среди тех, кто был отправлен раскачивать бревно с железным набалдашником, были, в основном, пленные.