Тайна генерала Каппеля

Он уже бывший Верховный правитель и своей смертью искупит прегрешения и ошибки. В этом случае можно быть полностью уверенным, что его смерть не останется безнаказанной и его палачи разделят с ним участь, пусть и немного попозже. Он написал два прощальных письма еще днем – жене и сыну в Париж и своей любимой женщине – Анне Васильевне Тимиревой, с которой последний год был очень близок и простился с ней в ночь, когда чехи выдали его Политцентру. И сейчас, подведя счеты с жизнью, просто сидел и ждал скорого прихода своих убийц, надеясь на это всей душою – смерти он не боялся, страшился бесчестия.

Услышав за дверью громкий топот, адмирал усмехнулся и глубоко затянулся папиросой, бросив взгляд на раскрытый портсигар – там оставалась еще одна штука. Последняя… Дадут ли ее выкурить перед казнью или нет – это уже не волновало. Он встал, надел шинель, застегнул ее на пуговицы и снова присел на табурет, когда заскрежетал засов на двери.

Ввалилось полдюжины большевиков – один с багровым лицом, остальные немного бледные и явно испуганные, особенно Попов, тот, что вел допросы. Это было единственное знакомое лицо. Адмирал медленно встал и посмотрел в глаза палачей – он уже прочитал в их взорах свою будущую судьбу.

– Я командующий Восточно‑сибирской советской армией Зверев, – багровый лицом прохрипел яростным голосом. – Следуйте за мною без промедления, адмирал!

– Куда?

В голосе Колчака не слышалось и тени страха, лишь одна чуть скрытая насмешка.

И Зверев моментально ее уловил, хищно оскалился и сказал, будто сгусток крови выплюнул:

– Вас расстреляют!

– Как, без суда?! А зачем тогда все это показное следствие и допросы?

– Не ваше дело! Следуйте за мною немедленно!

– Могу я проститься с Анной Васильевной? Ее здесь содержат…

– Нет! Выходите немедленно!

Александр Васильевич усмехнулся и сделал шаг к двери вслед за торопливо пошагавшим Зверевым.

Лишь на секунду остановился возле Попова и негромко произнес:

– Отдайте мои прощальные письма жене и Анне Васильевне. Это моя просьба к вам!

– Хорошо, – пробормотал его бывший следователь трясущимися губами, судорожно сглотнул и отвел взгляд. И одно это заставило Колчака улыбнуться – видимо, большевиков сильно прижали, раз они так испуганы и торопятся быстрее его расстрелять.