Тайна генерала Каппеля

Я видел себя в гробу, который везут через Байкал, потом меня хоронят в Харбине, в Маньчжурии…

– Мы покинули Россию?! Большевики победили?!

Василий Осипович не сдержался от восклицания, настолько неожиданно было сказанное сейчас. И обмяк – в глубине души он сам понимал, со дня оставления Омска, что все пропало, не будет победы, а лишь горестный исход проигравших. Но в глубине души теплилась надежда, что все может измениться со временем или неожиданно – вчерашний день высек искру, но сейчас еще не успевшее подняться пламя было затушено, словно ушатом воды, тихо произнесенными словами Каппеля.

– Да, мой друг, красные победили, ибо смогли привлечь к себе умы и сердца населения. А нам не хватило той идеи, что могла бы объединить людей в борьбе с ними! Мы проиграли…

Слова генерала прямо ошпарили своей прямотой и откровенностью – Василий Осипович насупился, посерел лицом. Выходит, все жертвы напрасны, а спасения нет. Их всех, кому повезет или не посчастливится погибнуть в бою или от болезни, это с какой стороны посмотреть, ждет лишь тяжкий исход на чужбину да горький хлеб ее вдали от родины.

– Знаешь, Вася, странно все это – знание будущего. Это действительно проклятье, как говорили древние, – обладать таким даром… Но, с другой стороны, возник у меня вопрос – а почему мне дали посмотреть на это самое будущее, а потом вернули в измученное болью тело? Ведь я не хотел этого, отмучился, а ведь нет, вернулся, супротив собственной воли, мертвец в мир живых.

Каппель замолчал, о чем‑то напряженно размышляя, а Вырыпаев ждал, понимая, что разговор еще не окончен и вскоре последует главное, то, которое даст ответ на один‑единственный вопрос. Не как, а для чего воскрес его старший друг – ведь не только он сам, но и доктор зафиксировали самую доподлинную смерть, которую много раз зрели за эти годы войны. Да и не мог больной человек, пролежав на морозе сорок часов, не окоченеть в ледышку.

Нет, человек – удивительно живучее существо, тут есть множество примеров. Вырыпаев вспомнил рассказанное кем‑то очень давно самое настоящее чудо, видимое в далеком Тибете, – там полуголый монах просидел пару суток среди заснеженных гор и не только не замерз, но даже простуду не подхватил.