Крещение Новгорода. Часть IV, заключительная.

Но прошло чуть больше часа, и упырь стал неистово дёргаться, пытаясь порвать сдерживающие его верёвки. Хрящи на кистях его рук хрустели, кости ломались, но кровосос настойчиво рвался на свободу. Однако верёвки не поддались, и существо с отчаянным криком рухнуло на пол. Жажда крови вдали от хозяина усиливалась многократно, вампир выл и бился о пол, выкрикивал ругательства. Ничего не помогало. Но тут оконный ставень со скрипом открылся. Упырь повернулся и увидел существо, пробирающееся в избу.

- Живой? – спросил оно.

- Ты кто? – спросил пленный кровосос, хоть уже успел разглядеть когти на руках и клыки во рту.

- Меня прислал наш хозяин, - отвечал гость, - пора уходить.

 И с этими словами он перерезал верёвки укрута. Пленник больше ничего не спрашивал и вместе со своим спасителем выбрался через окно. Лишь на улице он заговорил.

- А где твой мешок?

-  Мешок? Зачем он мне?

- Хозяин велел мне достать ему ребёнка и без ребёнка не возвращаться.

Незнакомец отдал укруту пустой мешок.

- Нельзя, без ребёнка нельзя.

- Ладно, пойдём. Сегодня хозяин уже сыт моими трудами и не будет на тебя сердиться. 

- Не будет сердиться? – удивился упырь, будто услышал незнакомое слово. Но его спаситель уже чуть ли не силой потащил его за собой. Они бежали как можно дальше от села, в чистое поле, на котором уже почти растаял снег, а сама пашня превратилась в грязевое месиво. Упыри с трудом пробирались по грязи. Наконец, спасённый повалился на колени и закрыл глаза: он призывал своего хозяина.

- Где он? – спросил его товарищ, когда тот очнулся.

- Он идёт, он уже близко.

Едва упырь-укрут это вымолвил, как второй упырь выхватил кинжал и проткнул несчастного прямо в сердце. Укрут рухнул в грязь, не успев ничего понять. Перед смертью он увидел, как убивший его кровосос забирает его лицо и становится им. Теперь здесь было два упыря с совершенно одинаковыми лицами. Живой перевернул мёртвого на живот, а сам принялся ожидать. Ждать пришлось недолго, вскоре вдали показалось какое-то движение, и появилось два светящихся зелёных огонька – глаза.

Существо подходило всё ближе, но его очертания были столь нечёткими, что оно больше напоминало вертикальную тень со светящимися глазами. Упырь замер, глядя на приближающуюся тень, и едва не вздрогнул, когда она заговорила ужасным, неестественным голосом, словно одновременно много человек говорило через трубу.

- Ты принёс тело ребёнка, раб?

- Да, хозяин, - отвечал упырь, протягивая мешок мёртвого укрута.