Шумер. Искупление Бога.

«Вот ведь пристал, зараза!» - раздражённо подумал он о слуге и глянул на старика недобрым утренним взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. Тот от неожиданности растерянно попятился от ложа, недоумевая, чем мог так прогневить хозяина:

- Ваша матушка…. Божественная…. Она велела, - испуганно забормотал он.

- Хорошо-хорошо, уже иду, - более миролюбиво ответил «принц Алгар», чтобы не пугать зря человека и сладко потянулся на ложе.

Слуга моментально исчез. Интересно, который час? Эх, жаль, что ни будильников, ни даже обычных часов, в нашем привычном понимании, тут не было.

Он выглянул в окно. Дьявольщина, судя по солнцу, он капитально проспал. А ведь он сегодня по утру сам назначил судилище! Несолидно для Бога. Ершкин кот, надо поспешить.

Он торопливо ударил в небольшой медный гонг, висевший у кровати и заменявший здесь «кнопку вызова персонала». Вошли молчаливые храмовые прислужницы. Они давали обет молчания и двигались бесшумно, словно тени. Девушки принесли чистые одежды, а также, кувшин и тазик из серебра для омовений.

Наскоро умывшись и одевшись, божественный Алгар поспешно спустился вниз, в просторную комнату на первом этаже. Там давно уже был накрыт изысканный стол с золотой посудой, за которыми сидели две высокие и стройный дамы-аннуначки, в дорогих утренних одеждах. Вокруг суетились многочисленные слуги-лулу, которыми руководил важный дворецкий-аннунак.

Незнающий человек вполне мог бы принять этих дам за сестёр. Но Алгар уже прекрасно знал, что это за дамы.

Одна, чуть постарше, с необычайно величественным и надменным лицом – это его «матушка», ясноликая Богиня Маммету, а вторая, чуть помоложе, его весёлая и непосредственная «сестрёнка» Белит. Просто не верилось, что это мать и дочь. Игорь до сих пор помнил, как это шокировало его в первый раз. Теперь он уже привык и перестал удивляться подобным фактам. Боги жили так долго, что различия в поколениях почти не бросались в глаза. Даже дедушки и бабушки не сильно отличались от своих повзрослевших внуков.

Зато, инцесты в божественных семьях были тут делом вполне обыденным. Ничего удивительного, коли представители разных поколений выглядели как ровесники. Да и традиционная мораль аннунаков сильно отличалось от той, к которой мы привыкли с детства в своём мире.

Инцест здесь был скорее не осуждаемым актом, а наоборот – похвальным стремлением сохранить чистоту крови. Поэтому и понятий бастардов тут тоже не существовало.