Надпись на камне

Только не должно было князьям христианским погаными обрядами бесчеститься, не было такого закона. И знал об том хан Озбяк. Но не отменил своего решенья.

- И что ж это за клятва, что столь противна сердцу христианскому?

- Сначала требовалось проползти, аки червь, под мечами монгольскими, на конском волосе подвешенными. Затем испить горячей крови собачьей из черепа собачьего же.

- Тьфу, мерзость какая! – Мартена аж передернуло от отвращения. Лицо его при этом приняло странное выражение, как будто смеющееся и плачущее одновременно.

- Вестимо, отказался отец мой. Да и согласись он на унижение – не быть ему уже князем на Руси, опозоренному. Лучше уж смерть, чем бесчестие. Так и сказал хану.

- Понятно, - протянул Бидо, пристально разглядывая Рослава, словно собираясь спросить о чем-то. – Ну а ты-то что? Тебя-то за что хан велел казнить? Тоже за заговор?

- Тоже за заговор, – помедлив, ответил бородач. – Только за другой.

- Эк у вас там все пересуеверчено! – хмыкнул Бидо. – Заговор на заговоре, чисто змеиное кубло.

- Нет, не понял ты, - мотнул головой Рослав. – Другой заговор, колдовской.

- Так ты все-таки колдун? Стало быть, прав был Гастон?

- Ничего не прав твой Гастон. Не я колдун.

- А кто?

- Ворожея одна. Сказывали про нее, что силу большую имеет. Откуда взялась, незнамо, вроде как из черноголовых, из тангутов.

- И что та ворожея сделала?

- Известно что: наворожила, - пожал плечами Рослав, возвращая посох Бидо. – Зря я с ней связался, не отвел Господь.

Сам себя не помнил от гнева. Поначалу хотел изрубить Симеона окаянного, да турхауты удержали. Тогда снял с себя последнее, даже пояс княжический, и ей отдал, чтоб прокляла весь Симеонов род.

- И что, прокляла?

- Не знаю. Давно уж не было вестей с той стороны. Что-то бормотала про второе пришествие. Дескать, каяждо смерть возьмет свою цену от крови моя. Да только вот живехонек я доселе, и крови во мне не поубавилось.

- Зря ты это, с колдовством, - осуждающе покачал головой Мартен.

– Един Господь ведает, что там за законы, на темной стороне.

- Задним умом мы все горазды, - покачал головой Рослав, стирая ногой свою запутанную карту.

***

Ариана до последнего ждала, что он вернется. Одновременно и страшась, и желая этого. Уже под самое утро пыталась урвать хотя бы клочочек сна, но безуспешно. Нельке такая смешная в своей заботливости. Решила, что он хотел на нее напасть. Бросилась как сойка на коршуна, пытаясь отбить.