Замуж до утра

— Аманда…

— Она мерзнет, — отмахнулась я от мужа. — Отдохнет, доберется до дома, тогда и заберу.

— Не доберется.

Я вдруг поняла, что незнакомка не издает ни звука. Ее дыхание прервалось.

Не веря своим глазам и ушам, я приложила ладонь к пышной груди.

Молодая мать была мертва.

Я отпрянула. Риган быстрым движением вытащил из брюк ремень, щелкнул незаметную кнопку на пряжке, и из нее появилось маленькое тонкое лезвие. Пока до меня доходило, что мужчина собирается делать, он перерезал пуповину ребенка и завязал ее в узелок.

Мне оставалось только хлопать глазами в недоумении – о пуповине я раньше слышала, но видела впервые.

Риган укутал младенца в накидку, на которой лежала молодая мать, когда мы ее нашли. Пока я приходила в себя, мужчина забрал мое пальто и набросил на дитя. Потом осторожно закутал его еще и в него, помимо накидки – теперь лица младенца видно не было, и он перестал плакать. В рощице было слишком тихо. Померкли все звуки, кроме одного – моего дыхания. Я сидела на своих ногах какое-то время и, не мигая, смотрела на бездыханное тело.

— Нам пора идти, Аманда.

Только что на моих глазах произошло две вещи: рождение новой жизни и смерть. Они ведь связаны, я знаю. Одного без другого не бывает. Но почему это так страшно? Мать отдала свою жизнь, и ее передали новому человеку… Передал кто-то, кого мы не могли видеть. А существует ли ОН, если творит такие вещи? Почему люди живут в беспросветной мгле, почему вера не помогает им?

— Теперь возвращаться не нужно, — сказала я тихо.

— Пойдем в Лондон?

— Мы не можем пойти в Лондон с младенцем на руках. Он не доживет.

— Что же нам тогда делать?

— Вернемся в Эппинг, найдем кому отдать малыша. Кстати, это мальчик.

— А если не найдем для него дом?

— Найдем, не волнуйся.

— Но что, если нет, Риган? — я судорожно вздохнула. Понимала ведь и даже неоднократно видела, как умирают совсем еще маленькие дети, но я не могла даже представить, что когда-нибудь придется увидеть смерть малыша, который родился при мне!

— У нас нет выбора, — чуть тверже сказал Риган.

— Или мы вернемся, и у ребенка будет шанс выжить, или двинемся в Лондон, и он замерзнет по пути.

— Мое пальто очень теплое, он выдержит еще несколько часов.

— Поверь мне – нет.

— Верю, — отозвалась я шепотом и с трудом поднялась на ноги.

Тот мужчина на лошади просто привез эту несчастную женщину в рощу и оставил ее здесь. Наверняка он знал, что она погибнет, но все равно сделал это.