Дахака

Взгляд, лишенный чувств.

В горле пересохло. Арчита нервно сглотнула.

— Кто здесь?

Однако вместо собственного голоса, услышала жалкий хрип.

Фигура за порогом не шевельнулась. Не ответила. Она продолжала молча наблюдать за девушкой. Посреди сумрака и безмолвия.

Арчита кашлянула. В тишине он прозвучал, подобно раскату грома. Наконец, собравшись духом, жрица повторила. На этот раз голос прозвучал более-менее нормально.

— Кто здесь?

Из-за тревоги ей померещилось, что звук эхом отразился от кирпичных стен.

Занавесь чуть подернулась.

Жрица почувствовала, как испарина заливает лоб. Пальцы буквально вцепились в рукоятку кинжала. Сердце снова стало отдаваться в висках.

В тот момент, когда она уже хотела вытащить оружие из-под одежды, силуэт качнулся. Едва заметно, но девушка уловила движение. А затем раздался голос. Знакомый. Сухой и безжизненный.

— Господин Унташ ждет на ужин.

Арчита закрыла глаза и бесшумно выдохнула.

«Это всего лишь рабыня».

Пальцы на рукояти разжались.

— Старейшина приглашает меня?

— Господин Унташ ждет на ужин, — сухо повторила женщина.

Да, теперь Арчита видела, что это она. Длинные волосы почти сливались с окружающей тьмой.

— Хорошо.

Жрица поднялась. Сердце подпрыгнуло в груди, намереваясь пуститься в бешеный такт, но девушка немедленно приказала успокоиться. Спустя секунду ритм стал ровнее. Утерев испарину, Арчита шагнула к выходу. По ту сторону раздались шлепки босых ног. Рабыня отошла, уступая дорогу.

Чуть дрожащей рукой жрица отдернула грязную ткань и очутилась в коридоре.

На улице уже стемнело. Сквозь узкие щели не падал солнечный свет. Арчита оказалась посреди густого мрака. И лишь в дальнем конце коридора напротив выхода мелькали тусклые отблески пламени.

— Почему здесь нет факелов? — спросила Арчита.

Рабыня стояла у стены напротив. Сцепив руки перед собой и устремив взгляд в пол. Опять эта немая, безжизненная поза. В какой-то момент жрице даже почудилась, что женщина не дышит.

Наконец, та ответила:

— Господин не любит свет.

— Но ведь здесь ничего не видно!

— Господин не любит свет, — сухо повторила рабыня.

Девушка нервно сглотнула:

— Хорошо. Веди.

Она не ответила. Просто тихо развернулась и зашлепала к выходу. Арчита двинулась следом. Чем ближе они приближались к источнику света, тем больше жрица понимала — огонь горит в той самой комнате, где располагался широкий обеденный стол.

«Хоть ужинать не будем в темноте».