Твое сердце будет разбито

На небе загорелись первые звезды, а в воздухе почему-то чувствовались запах костра и сладковатый аромат — всюду были насажены цветы, которые раскрывались после заката.

— Я тебя до дома провожу, — решил Игорь.

— А тебе потом самому сколько ехать? — нахмурилась я.

— Всего несколько остановок. Я не так далеко живу, — улыбнулся он. — И учусь в седьмой гимназии. Не слышала про нее?

— Нет, — покачала я головой.

— Она элитной считается, — хмыкнул Игорь. — Отец нас с Саней запихал по связям. Гнилое место, я тебе скажу.

"Вот оно что. Родители братьев, насколько я помнила, были не то, чтобы богатыми, но обеспеченными — точно. Кажется, у их отца был свой небольшой бизнес.

— Не нравится гимназия?

— Пятьдесят на пятьдесят. Учителя сильные. А ученики — не очень. Есть нормальные. А есть детишки снобов, у которых в головах одни шмотки, айфоны и тусовки. Одноклы вечно соревнуются, у кого батя богаче.

— Когда слышу или вижу слово «одноклы» — первая ассоциация с одноклеточными, — рассмеялась я.

— В нашем классе это синонимы, — улыбнулся Игорь. — А ты в какой школе учишься?

— В сто пятой, новой.

— Надо же. Вика тоже там учится…

— Ого! Хочешь, при встрече я ей в спину плюну? — предложила я, а он лишь рассмеялся.

— Просто забей, хочу вычеркнуть из жизни этого человека.

Болтая, мы добрались до жилого комплекса, в котором находилась наша квартира. Расставаться с Игорем и возвращаться домой не хотелось. Мы встали у дороги, рядом с парковкой, и снова заболтались. Вспоминали детство, смеялись над своими бесконечными проделками.

— Кстати, а почему твои родители решили переехать? — спросил Игорь. — Отец захотел? Я до сих пор его помню. Такой крутой мужик! Я из-за него в детстве тоже мечтал стать пилотом!

Упоминание о папе кольнуло в грудь. И сразу вся радость исчезла, оставив место лишь холоду.

— Это не папа захотел переехать, — опустила я глаза.

— Твои родители развелись? — свел густые брови к переносице Игорь.

— Нет.

— А почему? Что-то… случилось, Полин?

В глазах сами собой заблестели слезы. Так часто бывало, когда кто-то начинал расспрашивать о папе. Я поспешила опустить голову и закрыться волосами — не хотела, чтобы друг детства увидел слезы в моих глазах.

Игорь все понял — по одному моему поникшему виду.

— Нет, только не говори, что… — он потрясено замолчал.

— Да.