По осколкам твоего сердца

На «Судзуки», - продолжал Гремлин. – Кого-то мне напоминает, но фиг знает, кого… Короче, опасайся, Рысь.

- Я же сказала – плевать.

- Люблю тебя за твою уверенность, - хмыкнул орг. – Из такой милой крошки превратилась в стерву.

- Слушай, ты не мог бы оставить меня в покое? – устало выдохнула я.

- Да ладно тебе.  Удачи в заезде! Ты всех сделаешь!

Гремлин поднял руку, и я нехотя дала ему пять.

Еще немного – и начнется гонка.

До старта десять минут. Сейчас все байки выстроятся в предстартовом парке согласна номерам.

Номер один.

Глава 30. Моя любовь - моя победа моя

Он заметил ее издали. До того, как она въехала в предстартовую зону.

Ту незнакомку на черно-зеленом мощном «Кавасаки».

Она была единственной девушкой среди гонщиков, была одета в защитный экип и смешной шлем с рожками. Хрупкая, миниатюрная, но при этом держалась на байке так же уверенно, как мощные мужики.

Сразу видно – чувствует каву[1]. Знает, как управлять высокоманёвренным байком. Много тюнинга. Значит, не новичок, как и он.

Лицо незнакомки было скрыто, но парень не мог оторвать от нее взгляд. От единственной из всех девушек на гонках. Ему было плевать на полуголых танцовщиц, которые обливались шампанском. На грид-герл в крошечных бикини. На подружек мажоров в фирменных шмотках, которые все время строили глазки байкерам. На всех плевать.

А от этой не мог оторвать взгляд.

Как она гоняет на скорости?

Как выглядит?

Какой у нее голос?..

Стоп. Ему же плевать. Ему на всех плевать, кроме одной. Самой красивой, самой доброй, самой любимой.

Ему плевать на всех, кроме той, для которой он умер давным-давно.

В тот же день он и для самого себя умер. Похоронил свое прошлое и будущее. Остался под завалами настоящего.

Мертвый. Один. Навсегда.

Девушка на «Кавасаки» встала неподалеку, будто назло. И не уходила. Как и он, сторонилась других – предпочитала одиночество.

Он наблюдал за ней из-под стекла своего защитного шлема, зная, что она не увидит его глаз. А он – ее.

Но когда девушка вдруг посмотрела на него, он вздрогнул. Изнутри будто огнем опалило. По рукам, спрятанным под кожаной курткой, пробежала дрожь.

Чего она смотрит? Что нужно?

Он кивнул ей, пытаясь понять, чего незнакомка хочет. Она ничего не ответила, хотя могла крикнуть. Тогда он подозвал ее жестом. Если смелая – подойдет. И он спросит, что она хотела.